RSS Feed

Аферизм

16.06.2013 by petr8512

 Уж я так устрою, что он свои деньги мне сам принесёт на блюдечке с голубой каёмкой!

Остап Бендер

       Аферизм как качество личности – склонность к недобросовестной деятельности, сомнительным сделкам.                       

     Афера – кратчайший путь к деньгам.  После федеральной резервной системы США, исчисляющей свои затраты при печатании долларов лишь расходами на бумагу, аферу можно смело ставить на второе место. Для афериста скучно и постыло заниматься производством – это трудоемкий путь для людей без воображения. Можно заняться торговлей, но и тут придется немало потрудиться – снарядить корабли в дальние страны, зафрахтовать самолеты, дать взятки нужным людям и т. д. «Мы пойдем другим путем, – говорит аферист, – Можно предложить «лохам»  что-нибудь бесполезное (акции сомнительной компании) или даже вредное (поддельное лекарство), пустоту («воздух») или даже то, что тебе не принадлежит, или чего нельзя продать в принципе (Эйфелеву башню, например) или чего не существует в природе (красная ртуть)».

       Так, в мае 1925 года знаменитый аферист Люстиг с коллегой-аферистом Дэном Коллинсом прибыли в Париж. В местной газете они увидели статью о том, что Эйфелева башня в ужасном состоянии. Правительство даже думает, что дешевле её будет снести, нежели отремонтировать. У Люстига возник план. Первым делом знакомый подельщик документов сделал ему верительную грамоту. Затем официальные письма были разосланы крупнейшим дельцам. Пригласив их в дорогой отель, Люстиг рассказал им, что правительство действительно решило снести башню и продать ее на металлолом, т.к. она была построена более 30 лет назад (в 1889 году) для Всемирной выставки как временное сооружение. Спустя четыре дня дельцы подали аукционные заявки на приобретение подлежащей сносу башни. Но сам аукцион Люстига не интересовал. Он уже наметил жертву — ею стал делец по имени Андре Пуассон. Люстиг намекнул Пуассону, что тот может выиграть аукцион. Пуассон решил, чтобы дело выгорело, нужно закрепить его крупной взяткой. Получив взятку, Дэн Коллинс и Люстиг сразу уехали в Австрию, где беззаботно жили на деньги Пуассона.

       Преуспевшие в искусстве красиво обманывать людей, аферисты всегда считались своего рода элитой преступного сообщества. Обладая высоким интеллектом, изобретательным умом, познаниями в психологии, они легко вступают в контакт и располагают к себе.  Богатейший арсенал их психологических приемов эксплуатирует ряд низменных человеческих качеств – жадность, глупость, тщеславие, трусость и многие другие. Например, аферист, учитывая человеческую жадность, заинтересовывает людей и  предлагает им совершить какую-либо сделку на условиях, которые значительно выгоднее обычных или совершает обман, заставляя жертву совершать какие-либо действия в спешке, мотивируя это различным образом. Как правило, аферист выдает себя за очень богатого, влиятельного и преуспевающего человека.

        Обладая нетривиальным мышлением, фантазийным умом и  огромным обаянием, аферист, в глазах людей, окружен ореолом романтизма. Тому есть причины. Во-первых, существует такая загадочная вещь, как отрицательное обаяние. Во-вторых, аферисты вызывают симпатию и уважение за талант, интеллект, обаяние и т. д. и т. п. В-третьих, жертвы аферистов далеко не всегда вызывают сочувствие. Людям ясно, что настоящие виновники их фиаско не аферисты, а собственная жадность и глупость.

   Валерия Башкирова и Александр Соловьев в книге «Крупнейшие мировые аферы. Искусство обмана и обман как искусство» описывают классическую аферу – подделку произведений старых мастеров.  Во время Третьего рейха в личном музее Германа Геринга в Берхтесгадене среди прочих шедевров висела картина «Соблазнение замужней женщины» Яна Вермеера. Когда после войны начали разбираться с культурным наследием шефа люфтваффе, голландская полиция установила, что шедевр Вермеера был куплен агентами Геринга за 160 тыс. долларов у миллионера Ханса ван Меегерена, владельца доходных домов, гостиниц и ночных клубов в Амстердаме. Меегерена арестовали. В Нидерландах в те годы за сотрудничество с нацистами «в особо крупных размерах» было лишь одно наказание – смертная казнь через повешение. Однако Меегерен висеть в петле не захотел. – Меня нельзя казнить! – закричал насмерть перепуганный миллионер. – За что меня вешать? Ведь это я сам, вот этими руками, написал картину за Яна Вермеера. Меня не казнить, а наградить надо за то, что я всучил фальшивку проклятому убийце Герингу. И далее он поведал полиции о том, как стал самым высокооплачиваемым фальсификатором в истории искусства. Начало художественной карьеры студента архитектурного факультета Технологического института в Делфте Ханса ван Меегерена было многообещающим. В 1916 году за одну из акварелей он получил золотую медаль, которую присуждали раз в пять лет за лучшую студенческую работу. Однако его первая персональная выставка в Гааге в 1922 году закончилась провалом. Особенно издевался над произведениями молодого художника маститый искусствовед Абрахам Бредиус. Доктор искусствоведения Бредиус был поклонником тогда еще малоизвестного и только входившего в моду голландского художника XVII века Яна Вермеера. Бредиус был уверен, что рано или поздно будут найдены неизвестные шедевры мастера, которые сделают Вермеера величайшим представителем голландской школы живописи. Обиженный на Бредиуса и на весь мир молодой художник Меегерен решил: раз миру нужны шедевры какого-то полузабытого холстомарателя из XVII века, пусть мир получит эти «шедевры». Первая же картина Меегерена под Вермеера вызвала восторженную реакцию у доктора Бредиуса, который был польщен, что его предсказания сбылись и человечество обрело истинный шедевр. Картину, изображавшую Христа, за 50 тыс. купил роттердамский Музей Боймана. Всего Меегерен написал семь картин – пять под Вермеера и две от имени другого мастера старой голландской школы de Hooch. В общей сложности эти подделки принесли Меегерену 2 млн (20 млн. долларов  в современных ценах). Последний свой шедевр Меегерен создал специально для полицейских и совершенно бесплатно. Почему? Потому что в полиции его рассказу о подделке для Геринга не поверили, и, чтобы спасти свою жизнь, подследственный Меегерен под охраной написал в своей амстердамской студии «Молодого Христа, проповедующего в храме». Впечатление от кисти «мастера XVII века» было такое, что все обвинения в сотрудничестве с нацистами с него сняли.