RSS Feed

Фанфаронство

22.02.2015 by petr8512

Фанфаронство — признак бессилия.

Михаил Веллер.

Существуют два способа самовосхваления: один — говорить

хорошо о себе, второй — поносить других.

Гельвеций

Ему досталось наследство, а так как у нас все почти были

бедные, то он… перед нами стал фанфаронить.

Ф.М.  Достоевский

       Фанфаронство как качество личности –  склонность выставлять напоказ свои мнимые достоинства или пороки,  «пускать пыль в глаза», заниматься самохвальством, бахвалиться и лгать.

     Знаменитый мастер меча Цунахари Бокудэн путешествовал на большой лодке по озеру Бива. Один из попутчиков – молодой задиристый самурай – вызвал его на поединок. “Какая же у вас школа”, – заносчиво спросил юный фанфарон. “Школа побеждающих, не прикладывая рук”, – спокойно ответил Бокуден. Чтобы не причинять вреда другим пассажирам, он предложил драться на маленьком островке посреди озера. Когда лодка подошла к островку, любитель дуэлей первым спрыгнул на берег. А Бокудэн взял весло и оттолкнулся от камня. Лодка поплыла прочь от острова. “Такова школа побеждающих не прикладывая рук”, – резюмировал Бокуден, не пожелавший зря лить кровь неразумного человека.

        Фанфаронада в своей глупости всегда только смешит окружающих или вызывает презрение, пренебрежение, а иногда и отвращение. ― Но какой вы, однако же, фанфарон! ― с некоторым отвращением произнес Раскольников. (Ф.М Достоевский, «Преступление и наказание»). Выходки фанфарона наигранны и демонстративны, утрированно эмоциональны и надрывны.

      Больше всего в фанфаронстве отталкивает чудовищный эгоизм. Не смотря на бурное проявление эмоций и кажущуюся чуткость, фанфарон никого, кроме себя, не любит. Он абсолютно безразличен к уязвимости других и не видит никаких оснований щадить их самолюбие.  Другие для него лишь объекты, которые ему постоянно льстят и верят его мечтам. В межличностном общении он высокомерен и говорлив.

     Он купил дюжину книжек про то, как красиво говорить на людях, а ему нужна только одна – “Как вовремя заткнуться!” NN

      Фанфарон  петух, модник, любит показуху и военные парады. Чтобы «пустить окружающим пыль в глаза», он готов строить из себя Рокфеллера и Моргана вместе взятых. Ломая комедию он делает вид, что деньги «жгут ему ляжку»:  престижные курорты, дорогие экипажи, прелестные содержанки, щедрые чаевые – всё эти инструменты служат фанфарону для подачи себя в качестве успешного человека, хотя на самом деле он в долгах, как в шелках.

      Фанфарон не робок. Как считают психологи,  «он отважен и храбр, если это вызвано необходимостью, смел до такой степени, что может рисковать своей жизнью с улыбкой на устах. Поэтому из него выйдет хороший воин. Люди находят его интересным, но он всегда рискует разочаровать их. Хвастун в действительности, всегда говорит больше, чем может сделать. Часто блистая, более приятен своей внешностью в обществе, чем в интимных отношениях. Имея натуру, предрасположенную к созерцанию, может проявить тенденцию к лени. Вместе с тем часто он – великий труженик. Всегда хочет сделать больше, чем может, берется за задачи, превышающие его силы, и когда ему не удастся хорошо их выполнить, очень огорчается».

        Голохвастов – герой фильма «За двумя зайцами» – типичный фанфарон и самохвал. Вслушаемся в его монолог: – Когда человек не такой, как вообще, потому один такой, а другой такой, и ум у него не для танцевания, а для устройства себя, для развязки своего существования, для сведения обхождения, и когда такой человек, ежели он вченый, поднимется умом своим за тучи, и там умом своим становиться… становится еще выше лаврской колокольни и когда он студова глянет вниз, на людей, так они ему покажутся… кажутся такие махонькие-махонькие… все равно как мыши. Пардон. Как крисы. Потому, что это же человек! А тот, который он… это… он… он тоже человек, не вченый, но… Зачем же? Это ж ведь очень и очень! Да! Да! Но… нет!

    За двумя зайцами, 1

    ГОЛОХВОСТЫЙ: Натурально моя хфамилия Голохвастов. А то, необразованное мужичье перекручивает.
СЕРКО: Так вы, значит, того не того… не его… не-е… не цирюльника сынок?
ГОЛОХВОСТЫЙ: То есть по натуре, по хформе ну, по телу, как водится. Но по уму, по образованности, мы уже не та хформа. Не тот центр. Тяжести.
СЕРКО: Так вы уже того, цирюльню не держите?
ПРОНЯ: Папенька! Я уже вам говорила: паликмахстерская!
СЕРКО: Забыл.
ГОЛОХВОСТЫЙ: Ничего, это по простоте.

За двумя зайцами, 2

ГОЛОХВОСТЫЙ: Главное у человека — не деньги. А натурально хформа! Вченость. Потому ежели человек вченый, так ему уже свет переворачивается вверх ногами. Пардон. Вверх дыбом. И тогда, когда тому, одному, которому не вченому, будет белое так уже ему, вченому, которому, будет уже как…
СЕРКО: Зеленое?
ГОЛОХВОСТЫЙ: Нет, рябое! Вы меня понимаете, Проня Прокоповна?
ПРОНЯ: Очень! Мине тоже посля пансиена все другим кажется.

За двумя зайцами, 3

 ГОЛОХВОСТЫЙ: Когда человек не такой, как вообще, потому один такой, а другой такой, и ум у него не для танцевания, а для устройства себя, для развязки своего существования, для сведения обхождения, и когда такой человек, ежели он вченый, поднимется умом своим за тучи, и там умом своим становиться… становится еще выше лаврской колокольни и когда он студова глянет вниз, на людей, так они ему покажутся… кажутся такие махонькие-махонькие… все равно как мыши. Пардон. Как крисы. Потому, что это же человек! А тот, который он… это… он… он тоже человек, не вченый, но… Зачем же? Это ж ведь очень и очень! Да! Да! Но… нет!

За двумя зайцами, 4

ГОЛОХВОСТЫЙ: Ну чего вытаращились? Ну, банкрот. Да, да. Банкрот. А мне же только ваших денёх и надо было. Если бы я был богатый, что я пошел бы на вашу помойку? Свино ты необразованное. Если б я был богатый, я бы нашел на Крещатике таких барышень, одетых во все заграничное. С такими вот прическами. А не сватался бы на вашей поганой Проньке.
СЕРКО: Дайте мне его хоть за горло подержать!
ГОЛОХВОСТЫЙ: Бонжур, кожемяшские аристократы!