RSS Feed

Конформизм

17.07.2013 by petr8512

     Конформизм – соревнование в неотличимости.

А. Круглов

Общественное мнение — это липкая и косматая масса.

Ж. Ренар

       Конформизм как качество личности – склонность изменять свои убеждения, мнения, установки, поведение, проявлять приспособленчество, пассивное принятие господствующих мнений и взглядов, общих настроений, распространенных в обществе или в данной группе.

       Майский жук уселся на ветке большого дерева, усадил рядом Дюймовочку и сказал ей, что она ему очень нравится. Потом к ним пришли в гости другие майские жуки, которые жили на том же дереве. Они с любопытством разглядывали Дюймовочку, а их дочки в недоумении разводили крылышками. « У нее только две ножки! — говорили одни. – «У нее даже нет щупалец! — говорили другие. – «Какая она слабенькая, тоненькая! Того и гляди, переломится пополам», — говорили третьи. – «Очень на человека похожа, и к тому же некрасивая», — решили, наконец, все жуки. Даже майскому жуку, который принес Дюймовочку, показалось теперь, что она совсем нехороша, и он решил с ней распрощаться — пусть идет куда знает. Он слетел с Дюймовочкой вниз и посадил ее на ромашку. Дюймовочка сидела на цветке и плакала: ей было грустно, что она такая некрасивая. Даже майские жуки прогнали ее! А на самом деле она была премиленькая. Пожалуй, лучше ее и на свете-то никого не было.

         Вы, конечно, узнали сказку «Дюймовочка», в которой ярко раскрыта суть конформизма – отказ от своего мнения, своей позиции под влиянием большинства. В жизни каждый сотни раз наблюдал таких «жуков», продающих свою инициативу и личную свободу   под групповым давлением. В организации, где я работал, был секретарь парткома. В те годы они были повсюду, как в каждой бочке затычка. Его отличал воинственный атеизм и нетерпимость к церкви. И вот наступили для него окаянные дни, когда парткомы ликвидировали, и он остался не удел. Буквально через месяц он переметнулся в церковь, став попом. Конформизм не в том, что он стал под защиту новой структуры – церкви. Вопрос в том, с какой мотивацией он перешагнул двери храма.  Если человек пошел в церковь для того, чтобы стать как можно ближе к Богу, он не конформист.  Если же человек стал священником для того, чтобы перечеркнуть свое прошлое секретаря парткома то, конечно, он конформист. Приспособленчество, поиск выгоды от своего пассивного состояния принадлежности к большинству – вот истинные мотивы такого конформиста.

           Конформизм – это измена самому себе под влиянием группы. Стараясь быть податливым, уступчивым, человек изменяет свои психологические установки, убеждения, мнения, восприятие и поведение в соответствии с теми, которые прижились в обществе или данной группе. При этом, конформизм может быть лично усвоенным и дутым, показушным. Бывает, человек, желая уклониться от конфликта или неприятностей, демонстративно согласен с группой (руководством фирмы, партией), а на деле, в глубине души, остается при своем мнении. Это и есть показушный конформизм. Если человек под воздействием группы действительно изменяет свои представления, убеждения или мнения, проявляя усвоенное групповое мнение, это в чистом виде лично усвоенный конформизм.

        Для ребенка, неспособного критически воспринимать входящую информацию, конформизм нормален и естественен. Ребенок адаптируется к родителям, к сверстникам и к обществу благодаря конформности. Если его изолировать от этой питательной для разума среды, он становится Маугли. Детский конформизм – это норма существования. Но в подростковом возрасте многие из нас пытаются вырваться от природного конформизма на свободу. Так называемый трудный возраст, переходный период. Мы начинаем сами искать ответы на вопросы, которые задает нам жизнь. Своим умом и опытом мы пытаемся критически осмыслить явления жизни. Родители перестают быть для нас верховными арбитрами.

          Если наш выход в мир слабо отрепетирован, если у нас не выработалась самостоятельная жизненная позиция, своя система координат, значит, наша премьера будет обречена на провал. Пассивно принимая волю большинства, мы не приходим к своей позиции, делая ставку на конформизм. Это наименее затратный и легкодоступный подход к жизни. Куда мы денемся с «подводной лодки» жизни? При этом никуда не исчезает чувство собственной важности и стремление повысить свою самооценку. Наша потребность быть важным в данной структуре перевешивает желание быть самим собой, заниматься любимым делом и идти к своей, а не к чужой цели. Человек, став пленником конформизма, не может стать личностью. Ему не быть лидером, победителем и любимцем успеха. Путь конформиста усыпан шипами группового мнения. Одобрение группы – главная потребность конформиста.

       В английских газетах сообщалось о концерте тишины, который дал однажды некий безвестный пианист. Шумная реклама сделала свое дело — в день концерта зал был полон. Виртуоз тишины, сел за рояль и заиграл, но, поскольку все струны были сняты, не раздалось ни единого звука. Люди в зале стали коситься друг на друга. Каждый ждал, что сделает сосед, и в результате вся аудитория сидела, затаив дыхание. После двух часов гробовой тишины концерт окончился. Пианист встал и поклонился. Его проводили бурными аплодисментами. На следующий день виртуоз тишины рассказал эту историю по  телевидению и в заключение признался: «Я хотел посмотреть, как далеко простирается человеческая Глупость: она безгранична». На самом деле «пианист» столкнулся не с глупостью, а с конформизмом. Так называется психологический феномен зависимости участника группы от общего мнения.

         Стремясь поднять свою низкую самооценку, конформист бесконечно мечется в поисках одобрения, похвалы, поощрения и комплиментов. В детстве эта проблема решалась просто: угодил родителям и учителям – получи одобрение. Став взрослым, конформист в поисках одобрения «достает» начальство, коллег, супруга, друзей и знакомых.  В вечном стремлении быть «своим», он попадает в полную зависимость от своего окружения. Конформист добровольно уступает власть над собой группе, утрачивает достоинство и теряет контроль над своей жизнью.

        Зачастую конформизм рядится в рясу социальной восприимчивости, чуткости, способности к сотрудничеству и к работе в команде. Эта мимикрия конформизма. Вообще, наше общество за семьдесят лет советской власти было сформировано в направлении гипертрофированного конформизма. Партийные приспособленцы с годами выработали чутье улавливать «откуда ветер дует». В угоду своих интересов они стали флюгерами группового партийного мнения. Понятно, почему у нас сейчас тьма тьмущая «оборотней» всех мастей, засевших во властных структурах.

        В России две напасти: снизу – власть тьмы, а сверху – тьма власти. «Распиливание» бюджета, получение «откатов» и взяток стало нормой жизни. Американское ЦРУ жалуется, что наших чиновников завербовать невозможно. За один миллион долларов иностранный чиновник качучу спляшет. А наш зарабатывает миллион за неделю. Какой ему смысл рисковать, став изменником Родины? За сто миллионов долларов, это всегда, пожалуйста. Но у ЦРУ нет таких денег.  

         В обычном, бытовом уровне конформизм может быть как разумен, так и не разумен. Когда он становится причиной, что кто-то стал наркоманом, вступил в банду, стал скинхедом, сел пьяным за руль,  то такой конформизм вреден и не разумен.  Когда он мешает людям вести себя неприлично в общественных местах, выплясывать перед алтарем в церкви, то данный конформизм можно только поощрять. Надо отметить, что конформизм не только зло. Он разумен и полезен как механизм преемственности социального наследства, культуры, традиций и социальных образцов поведения. Конформизму мы обязаны сплочением человеческих групп для решения общих задач.

         Противоположностью конформизму служит самоопределение. Человек избирательно относится к любым влияниям группы. Воздействие группы преломляется через призму убеждений, верований и установок человека. То, что им не соответствует – отторгается.  Иными словами, человек самостоятельно принимает решения со всей личной ответственностью за его последствия.

        С конформизмом в его наиболее ощутимом проявлении мы встречаемся в моменты паники, охватывающей огромные массы людей. В. Гюго в романе “Отверженные” с величайшим мастерством изобразил панический страх, овладевший отступающей наполеоновской армией в сражении при Ватерлоо. “Армия вдруг дрогнула со всех сторон одновременно… За криками “Измена!” последовало: “Спасайся!” Разбегающаяся армия подобна оттепели. Все оседает, дает трещину, колеблется, ломается, катится, рушится, сталкивается, торопится, мчится… Упряжки сталкиваются, орудия мчатся прочь, обозные выпрягают лошадей из артиллерийских повозок и бегут, фургоны, опрокинутые вверх колесами, загромождают дорогу и служат причиной новой бойни. Люди давят, теснят друг друга, ступают по живым и мертвым. Руки разят наугад что и как попало. Несметные толпы наводняют дороги, тропинки, мосты, равнины, холмы, долины, леса — все запружено обращенной в бегство сорокатысячной массой людей. Нет уже ни товарищей, ни офицеров, ни генералов, — царит один невообразимый ужас”.

       Именно конформное поведение лежит в основе многочисленных психических эпидемий в период от средневековья до XIX столетия. Нередко очагами таких эпидемий были монастыри. В 1500 году в бельгийском монастыре эпидемия началась с заболевания долго постившейся монахини. У нее появились галлюцинации, судорожный смех, застывание в различных позах. Болезнь быстро распространилась. Монашки одна за другой “заражались” ею – прыгали, наносили себе телесные повреждения, вешались коленями на ветках деревьев и сбрасывались вниз; то издавали крики, то теряли речь. Общая ярость обратилась против двух невинных жертв: монастырской кухарки и ее матери. Их сожгли как виновниц эпидемии.

      В 1630 году большая эпидемия бесоодержимости вспыхнула в Мадридском монастыре бенедиктинцев. У одной монахини вдруг начались судороги, млели руки, ночами она издавала вопли, бредила. Она объявила, что в нее вселился демон. Вскоре демономания охватила всех монахинь. Все начали выть, мяукать и лаять. Эпидемии бессодержимости не обходили и детей. В 1669 году такая эпидемия овладела детьми в Швеции-. Они рассказывали, что ведьмы их водят на шабаш, доносили на своих матерей, в которых усматривали ведьм. По указанию детей только в одном округе было сожжено 34 взрослых и 15 детей.

         Известны религиозные эпидемии, в которые вовлекалось много тысяч людей. В XIII—XVII веках Западную Европу охватила судорожная эпидемия, названная “пляской святого Витта”. На улицах и площадях тысячи возбужденных людей с криками и воплями плясали до полного изнеможения.