RSS Feed

Надменность

19.06.2013 by petr8512

        Надменность как качество личности – способность создать ложное впечатление своей значимости с помощью отстраненности от всякой привязанности, холодности и недоступности во взаимоотношениях с окружающими.

       Иными словами, дутый мыльный пузырь, желая казаться важным, отстраняется от возможных столкновений, декларирует, желающим его потрогать,  свою недоступность и холодность. Он знает, чем чревато столкновение и касание. Интересно, что надменность имеет корень дм — дуть. Так что надменный — это надутый человек.

         Надменность, как Снежная королева, своей холодностью останавливает всякое желание сблизиться, поделиться своими чувствами и эмоциями, «поплакаться в жилетку», раскаяться. Холодность и ледяная неприступность надменности напрочь отбивает желание к общению с ней. Чувства, эмоции, привязанность и тем более любовь – это запретные слова в лексиконе надменности. Она их прячет за семью замками.  В проявлении чувств и эмоций раскрывается индивидуальность и самобытность человека. От этого до симпатии и привязанности один шаг. Опасаясь разочарования, надменность отстраняется от всякой привязанности, не позволяет соприкасаться и дотрагиваться с собой. В надменности личность находит безопасную пристань от отсутствия навыков вести себя с окружающими непосредственно, естественно, приветливо и благосклонно. Надменность – это лекарство от застенчивости, стеснительности, неловкости и стесненности. Что останется от надменности, если она начнет интересоваться окружающими, задавать им глупые вопросы, уделять внимание, перестанет оценивать и критиковать? Пшик.

       Человек отчетливо понимает, что надев маску надменности, то есть, преодолев скованность и неловкость, можно легко решить нужные ему вопросы. Вспомним, какое впечатление произвел надменный вид Кисы Воробьянинова на будущих членов контрреволюционной организации «Союз меча и орала»: «Остап показал рукой на Воробьянинова: – Кто, по-вашему, этот мощный старик? Не говорите, вы не можете этого знать. Это — гигант мысли, отец русской демократии и особа, приближенная к императору. Ипполит Матвеевич встал во весь свой прекрасный рост… Он стоял, задрав подбородок к потолку, в позе человека, готовящегося пройти церемониальным маршем. Елена Станиславовна села на стул, в страхе глядя на Остапа». Спустя некоторое время Остап Бендер подошел к Кисе — Вот что, дорогой патрон. Мне сдается, что вы меня понимаете. Вам придется побыть часок гигантом мысли и особой, приближенной к императору. — Что же я должен делать? — простонал Ипполит Матвеевич. — Вы должны молчать. Иногда, для важности, надувайте щеки. — Но ведь это же… обман. — Кто это говорит? Это говорит граф Толстой? Или Дарвин? Нет. Я слышу это из уст человека, который еще вчера только собирался забраться ночью в квартиру Грицацуевой и украсть у бедной вдовы мебель. Не задумывайтесь. Молчите. И не забывайте надувать щеки».

       Надменность никого не поучает, не напрягает и не заставляет: «Делай, как я». Что-то кому-то навязывать не входит в ее намерения.  «Иди своей дорогой, только меня оставь в покое» – это ее правило. Она отторгает другого не из пренебрежения или презрения, а, чаще всего, из-за своей маски холодной неприступности, за которой скрывается неуверенный в себе человек. Душевная теплота людей может  только растопить ледяную стену отстраненности и неприступности, за которой окажутся в неприкрытой наготе ее собственное несовершенство, слабости и тщательно скрываемые чувства.

    Как действует надменность? Послушаем Теодоро из пьесы Лопе де Вега «Собака на сене» и нам все станет понятно:  Сталь подчиняется покорно, ее расплющивает молот.  Ее из пламенного горна бросают в леденящий холод. И в этой пытке, и в этой пытке, и в этой пытке многократной рождается клинок булатный. Вот так мое пытают сердце, воспламеняют нежным взглядом. Но стоит сердцу разгореться, надменным остужают хладом». Иными словами, специфика воздействия надменности  на других людей состоит в «остужающем хладе», непреодолимой отстраненности и недоступности от них. По этой причине родными сестрами надменности являются вычурность, чопорность и манерность.

      Надменность далека от желания унизить другого человека. Ее холодность и отстраненность могут уязвить, причинить вред, вызвать негодование и возмущение, но сознательного унижения в надменности нет. Холод уничтожается теплом. Лед боится пламени. Слабый человек среагирует на внешнюю атрибутику надменности и отступится – обиженным и оскорбленным. Человек – пламень, растопив лед надменности, только укрепит свое чувство собственного достоинства. От женской надменности сильные личности иногда теряют самообладание, она сводит их с ума, будоражит воображение и становится героиней грез. Столкнувшись с надменностью, человек невольно испытывает желание растопить ее ледяные бастионы, войти в ее ледяной дом и, достучавшись до сердца, увидеть живой, непосредственной и заинтересованной. За надменностью «венца творения» дивной Дианы скрывается любовь: «Любовь, зачем ты мучаешь меня? Ведь я забыть тебя была готова, Зачем же тень твоя приходит снова? Жестокой болью душу мне казня,   Любовь, зачем ты мучаешь меня?»

       Надменность – маскарадный костюм ложного эго на бале жизни. Приглядишься к ней и создается впечатление, что она живет в самой себе по законам себя самой. Никто ей не нужен, ни от кого она независима – прямо самодостаточная личность, да и только. Надменности характерна прямолинейность, отсутствие угодливости, лести и подхалимства в речах. Это, несомненно, ее сильные стороны, которые не могут явно перевесить слабые: чванливость, напыщенность, бахвальство и нескромность. Ложное эго надменности никого не унижает, но, тем не менее, вербально и не вербально демонстрирует окружающим, что они ему не ровня, что, мол, держитесь от меня на расстоянии.  Эго показывает всем своим видом, что не намерено ни перед кем прогибаться, и не собирает ни с кем сближаться.

         Вы думаете, надменности не хочется общения? Еще как хочется, но при малейшем на нее внимании включается ложное эго. Оно мгновенно сканирует другого человека на предмет его социального статуса. Если он не вызывает интерес у ложного эго, оно подает голос: «Внимание мне не оказывается, а преподносится «недостойным» человеком». Надменность, слушая свое эго, или игнорирует или демонстративной холодностью ставит «недостойного» на место. Для этого не нужно слов, достаточно бросить на него брезгливый взгляд или вообще не удостоить взглядом, поднять брови, задрать нос, встать и, не дослушав, выйти неторопливой походкой.  Надменность предпочитает обходиться без слов. Вступить в диалог – много чести. К  силе слова она прибегает в крайнем случае, когда не помогает богатейший арсенал невербальных сигналов презрения.

       Дурное буйство эго надменности может произрасти до таких размеров, когда человек будет отстраняться и пренебрегать Богом. В Пс.9:25 записано: «В надмении своем нечестивый пренебрегает Господа: “не  взыщет”; во всех помыслах его: “нет Бога!”  Эти крайние проявления надменности, связанные с гордыней, вызывают суровые воспитательные уроки со стороны равновесных сил мироздания. В Библии сказано: «Погибели предшествует гордость, и падению – надменность».