RSS Feed

Необязательность

17.09.2013 by petr8512

Не умеешь держать слово – держи удары.

Гарри Симанович

Обдумай, верно ли и возможно ли то, что ты обещаешь, ибо обещание — есть долг.

Конфуций

У меня в голове не укладывалось, что люди могут давать обещания без малейшего намерения выполнить их.

Генри Миллер. Тропик Козерога

       Необязательность как качество личности – склонность по надуманным предлогам подводить других, не выполнив обещания, договоренности, не сдержав слово, данное людям; взять на себя обязательства и либо не выполнить, либо не сделать точно в срок.

      После многих лет плодотворной работы плотник пришел к шефу сказать, что сбирается уйти на пенсию. Еще в юности поступая на работу, он дал обещание его отцу, а потом и самому шефу, что каждый дом будет  строить на совесть. Шефу было жаль расставаться с плотником. «Не мог бы ты на прощание построить еще один дом? – попросил он. – Как построишь  – иди куда хочешь». Плотник согласился. Однако теперь  он впервые проявил необязательность – работал не так старательно,  торопился,  прикидывал размеры «на глазок», использовал тот материал, который первым попадался под руку, и спешил скорее покончить с домом. Через несколько недель  дом был готов. «Благодарю, что выполнил мою просьбу, – с признательностью сказал шеф и вручил плотнику ключи от только что выстроенного дома. – Вот тебе подарок. Я дарю тебе этот дом за твою обязательность и верность слову». Плотник просто остолбенел. Он не верил своим ушам.  Знай, он наперед,  что дом будет его, – уж  он бы вложил в него все свои силы и все старание. Один раз проявил необязательность и теперь придется прожить остаток своих дней в своем единственном некачественном доме.

       Необязательность – это серная кислота, пролитая на человеческие отношения. Обманутая сторона в лучшем случае испытывает сильное раздражение и негодование,  утрачивает к «Обещалкину» доверие, формирует мнение, что на него ни в чём нельзя положиться, нельзя планировать и распределять время в расчете на его поведение, а в худшем трактует необязательность как подлость и предательство. И совершенно права.

      Необязательность – это простейшая форма предательства. Когда человек не выполняет своих обещаний, не держит слово, он стопроцентно попадает под «юрисдикцию» предательства. Отношение к необязательности как форме предательства зависит, с одной стороны, от культуры отношений и нравов на данный момент времени, а, с другой – мерой ответственности за «болтологию».

        В девятнадцатом веке необязательный человек не смог бы выжить. Слово было превыше всего. Нарушил слово и стал навсегда изгоем общества, тебе больше никто руки не подаст. Человек знал, что нарушив слово, он теряет в глазах окружения честь.  Лучше сразу застрелиться, чем проявить необязательность даже в мелочах.

        Ответственность – пугало необязательности. Там, где есть сильный страх перед ответственностью за неисполнение своих обязательств, необязательность не водится. И наоборот, необязательность процветает, когда отсутствует механизм ответственности за неисполнение своих обещаний. Необязательность как качество личности формируется у человека не как результат забывчивости или несобранности, а  как следствие уверенности, что эта забывчивость и несобранность сойдет с рук.

        В криминальном мире быстро учат тщательнейшим образом относиться к каждому своему слову, иначе «за базар придется отвечать». Слово произнесено – это уже начало середины дела. Человек, не делающий то, что говорит, аннулирует себя как личность. Чтобы не подавать дурной пример остальным, общество заинтересовано в искоренении всех форм необязательности, будь то личные отношения или не вовремя оказанные услуги Жэка.

      Необязательность – это неуважительное и несерьезное отношение к людям, это неумение и нежелание думать о других. Эгоист так озабочен реализацией своих желаний и намерений, что интересы остального мира остаются для него на заднем плане. В соревновании значимости всегда побеждают его корыстные интересы.

      Зачастую необязательность становится следствием импульсивности. Человек, подчиняясь своим настроениям, сыплет, как из рога изобилия, обещания, и в этот момент он может искренне верить, что всё так и будет. Но фонтан обещаний, вызванный импульсивностью, перекрывается жесткими реалиями жизни, и в остатке остается необязательность, прячущаяся от общения, не берущая трубку и не отвечающая на сообщения. В знаменитом романе Айн Рэнд «Атлант расправил плечи» герой говорит: «— Я намеревался, я действительно хотел отправить тебе заказ, и поэтому ты не вправе обвинять меня. Мои намерения были совершенно искренними!— Если мне придётся остановить одну из моих доменных печей, можно её будет загрузить твоими намерениями?»  Необязательный человек иногда использует обещания как средство избавиться от нерешительности. Наобещал с три короба и выглядишь в собственных глазах в момент раздачи обещаний всесильным и уверенным в себе.

      Молодой человек, сидя за прекрасным ужином в дорогом ресторане, уговаривает девушку стать его подружкой:- Я куплю для тебя дом в городе, у тебя будет свой счет в банке и кредит в самых лучших магазинах. Я буду навещать тебя пару раз в неделю, а мы будем вместе проводить уик-энды. А если окажется, что мы совершили ошибку, мы всегда сможем расстаться.- Это выглядит очень соблазнительно, – подумав, ответила она, – но как мы назовем нашу ошибку, и что я с ней потом буду делать?

     Необязательность может стать следствием суесловия. С. В. Пролеев пишет: «Эх, суета суесловия… Так уж странно устроена наша цивилизация, что все только говорят. Никто не хочет слушать, и потому быть услышанным – редкая удача. Не приученный слушать, человек сам не слышит, что он болтает. А если он не слышит собственных слов, то было бы странно, если бы он их держал. Как держать, если толком не знаешь что? Или еще одна особенность нашей жизни: никто не ищет в словах то содержание, которое вложил в них говорящий. Все готовы откликаться лишь на расхожие, общеупотребительные значения слов, а значит, понимают их в самом плоском, истершемся, пошлом смысле. Оттого и получается, что даже сам перестаешь принимать собственную речь за свою. Никто уже не вкладывает в нее содержание собственной жизни; не стремится, напрягаясь и мучаясь, выразить в ней свои, только ему принадлежащие мысли, чувства, желания. Приученный всеобщим невниманием к небрежности, человек все чаще употребляет слова не в их собственном – своем личном, выношенном – смысле, а в обыденном, расхожем, общепринятом. Тогда ему сразу становится легко, слова сыпятся с его языка словно горох, он воспаряет на крыльях бойкой речи. Однако если слова существуют как бы между людьми, если их значения выражают не твой опыт, а нечто публичное, в реальности чего убедиться весьма трудно, то нужно быть величайшим глупцом, чтобы за этакие слова отвечать. С какой стати! Пусть отвечает тот, кто их выдумал! Из этого справедливого негодования и рождается неверность слову».