RSS Feed

Умолчание

26.07.2014 by petr8512

Молчащий рот не обвиняют.

Сомалийская пословица

В самых искренних признаниях женщины всегда остается место умолчанию.

Поль Бурже

И умолчание может быть криком души.

Данил Рудый

    Умолчание как качество личности –  склонность умышленно, в корыстных целях не говорить о чем-либо, обходить молчанием что-либо; утаивать информацию от ее получателя.

    По умолчанию все женщины прекрасны! Жаль, что они редко молчат.

     Умолчание – мощный инструмент искажения действительности. Олдос Хаксли в книге «О дивный новый мир» пишет: «Наибольшие триумфы пропаганды достигнуты не путем внедрения, а путем умолчания. Велика сила правды, но еще могущественнее – с практической точки зрения – умолчание правды».

    В арсенале искажения действительности помимо умолчания множество инструментов:  селекция – избирательный пропуск к жертве только выгодной обманщику информации; преувеличение; преуменьшение; передергивание; переворачивание; фальсификация; дезориентация; полуправда; подбрасывание ложных доказательств; создание иллюзорной реальности, конструирование.

     В общении  зачастую куда важнее понять не то, о чем человек сказал, а о чём умолчал. Умолчание – манипуляция с входящей информацией посредством утаивания ее от получателя.  Формально при умолчании ложь отсутствует, но, тем не менее, заинтересованный человек вводится в заблуждение. «Кто молчит — не грешит» — говорит русская народная пословица. С данным постулатом народной мудрости не согласен уголовный кодекс, выступающий против утаивания от следствия важных улик преступления. Умалчивая информацию о преступлении, можно «загудеть» под статью «Недонесение о преступлении», «Отказ свидетеля или потерпевшего от дачи показаний».

    Психологами установлено, что ложь (искажение) оценивается людьми более негативно, чем умолчание, утаивание. У лжи существует «явная негативная презумпция», в то время как у умолчания (утаивания) она может отсутствовать. Поэтому умолчание используется значительно чаще, чем искажение (ложь).

   Пол Экман считает, что обманывающий предпочитает умолчание и использует его гораздо чаще, поскольку: считает, что это более выгодно; думает, что смолчать легче, чем явно обмануть, не нужно ничего делать, в то время как при искажении без хорошо разработанной «легенды» всегда есть шанс оказаться уличенным во лжи; это менее предосудительно, чем прямое искажение; умолчание пассивно, а не активно; умолчание всегда легче оправдать в случае изобличения.

      Нужно понимать, что не всякое утаивание информации является обманом. Например, абсурдно причислять к обману действия, направленные на обеспечение режима секретности, конфиденциальности.

    Классический пример «обмана по умолчанию» приведен в повести Аркадия Гайдара «Чук и Гек». Там дети в пылу ссоры выбросили в окно и не смогли найти важную телеграмму. Дальше они обсуждают сложившуюся ситуацию: — Знаешь, Гек, а что, если мы маме про телеграмму ничего не скажем? Подумаешь — телеграмма! Нам и без телеграммы весело. — Врать нельзя, — вздохнул Гек. — Мама за вранье всегда еще хуже сердится. — А мы не будем врать! — радостно воскликнул Чук. — Если она спросит, где телеграмма, — мы скажем. Если же не спросит, то зачем нам вперед выскакивать? Мы не выскочки. — Ладно, — согласился Гек. — Если врать не надо, то так и сделаем. Это ты хорошо, Чук, придумал.

   Про телеграмму мать ничего не знала, поэтому, конечно, ничего не спросила. Конец этой истории известен — мама с детьми, так благополучно избежавшими вранья, отправятся к папе в Сибирь, а папы там не окажется, о чем он, собственно, и сообщал в той самой телеграмме.

   Так не сказанная вовремя правда оказалась равнозначна лжи. Юрий Щербатых рассказывает о таком случае умолчания. Два года назад в районной администрации одного областного города произошел анекдотический случай. В кабинете главного архитектора монтер устанавливал телефон. Сам хозяин кабинета вышел. В комнату вошел проситель, желающий получить разрешение на постройку гаража. Приняв мастера, который тем временем присел отдохнуть в чиновничье кресло, за архитектора, он начал долго и путано объяснять свою проблему, намекая на вознаграждение. Монтер сначала слушал его, а потом спросил: «Чего тебе надо?»

    Посетитель быстро ответил: «Поставьте визу», — и протянул заявление. Мастер пожал плечами и расписался в углу листа. Человек горячо поблагодарил, сунул опешившему телефонисту пятьсот долларов в карман пиджака и быстро удалился. Недоразумение выяснилось только через два месяца, когда счастливый обладатель разрешения уже заканчивал постройку гаража перед своим домом. Это типичный случай «обмана по умолчанию», который вряд ли подпадает под статью «Присвоение полномочий должностного лица», ибо такое деяние, во-первых, «…не повлекло существенного нарушения прав и законных интересов граждан или организаций», предусмотренного данной статьей, а во-вторых, там отсутствовало «присвоение государственным служащим полномочий должностного лица» — ведь телефонист и не выдавал себя за главного архитектора района, он просто оставил свой автограф, когда его об этом попросили.

    Человек, способный контролировать свой язык, еще не является образцом умолчания. Если он не владеет языком своего тела, его выдадут  жесты, мимика, дрожание пальцев рук, изменения ритма дыхания и частоты сердцебиения. Окружающие подсознательно считывают больше информации не с языка, а по так называемым невербальным каналам. К примеру. Человек молчит, но при этом смущенно улыбается, давая тем самым повод заподозрить его в обмане. Это – невербальная утечка информации.

    Мужчина пришел к своему приятелю, и видит такую картину: приятель увлеченно режется на деньги в очко со своей собакой. – Какая у тебя умная собака! – Да какая умная?  Дура! Умная собака должна играть с бесстрастной мордой, чтоб соперник не догадался о содержании ее карт. А моя, когда ей карта приходит, хвостом виляет.

    Каким же образом можно регулировать поток невербальной информации? Аллан Пиз в книге «Язык телодвижений» пишет: «Для того чтобы не выдать себя в момент произнесения неправды, необходимо уменьшить обзор вашей позы для собеседника. Вот почему во время полицейского допроса подозреваемого помещают на стул в хорошо просматриваемом и хорошо освещенном месте комнаты, чтобы легче было по невербальным каналам обнаружить, когда он говорит неправду. Естественно, что ваша ложь будет менее заметна, если вы в этот момент будете сидеть за столом и ваше тело будет частично скрыто или вы будете стоять за забором. Легче всего врать по телефону!»

      Психолог Александр Потеряхин рассказывает, что во время проведения тренингов в группах работников кадровых подразделений с целью изучения тактик умолчания, приемов, повышающих достоверность получаемой информации, проводилась видеоигра «Беседа с претендентом на вакантную должность». В процессе последующего анализа видеозаписи выявлены следующие действия, предпринимаемые поступающими на работу с целью реализации умолчания:

 – «непонимание» вопроса, искаженная трактовка вопроса, предоставление ответа на часть вопроса, подмена одного ответа другим, близким по содержанию;

 – уход от разговора на определенную тему, отсрочка ответа с последующим «забыванием» дать ответ;

 – отвлечение внимания партнера по общению (например, «Вам, наверно, будет интересно услышать о…»);

 – использование сбивающей с толку шутки, иронии.

   Анализ материалов переговоров, бесед с клиентами, кроме того, позволил выявить, что в случае попыток умолчания или общей установки на умолчание обманщики могут использовать определенные речевые конструкции: максимально обобщенные высказывания: «Так случилось, что…», «Я вынужден был…»; предложения без подлежащего, безличные: «Мне сказали, что…»; различные формы иносказания, метафоры, риторические вопросы.