RSS Feed

Уныние (Унылость)

16.06.2013 by petr8512

 Когда чувствуешь уныние, ищи исцеление в труде.

 Авраам Линкольн

         Уныние (Унылость) как качество личности – склонность  находиться в безысходном, подавленном состоянии духа, изнеможении ума, сопровождающимся общим упадком сил.  

         Один молодой человек все время жаловался на свою жизнь: – Ну почему я такой неудачник. У других есть машины, квартиры, хорошее образование, а у меня?.. жизнь проходит мимо! А ведь я молод и полон сил… Однажды его стоны услышал, проходящий мимо пожилой человек: – Согласишься ли ты, если за миллион тебе отрежут ногу, ну или хоть руку? – приостановившись, спросил он. – Нет, конечно! – А глаз? – Даже за 10 миллионов не согласился бы! – воскликнул юноша. – Вот видишь! У тебя есть то, что не купишь и за 10 миллионов, а ты стонешь и жалуешься на невезучесть и бедность. Научись правильно распоряжаться тем богатством, которое у тебя есть! Смелее и Бог поможет тебе!

       Для большинства людей уныние, по словам Иоанна Златоуста: «есть тяжкое мучение души, неизреченная мука и наказание более горькое, чем всякое наказание и мучение». Но есть люди, для которых унылое состояние  обычно и привычно. Вместо слов: «Слава Богу за всё!» они говорят: «Всё ужасно, кошмарно, бесполезно и напрасно. Всё пропало». Уныние было проявленным качеством великого человека – князя Григория Потемкина. Кипучая деятельность сменялась длительными периодами уныния. Оно его, в конечном счете, и сгубило. В конце жизни Потемкин испытывал разочарование от того, что не может что-то еще желать. Значимой цели, к которой нужно было настойчиво идти, не было. Всё к чему он стремился было достигнуто: слава, власть, дворцы, лучшая коллекция бриллиантов. Бесцельное существование для такой вулканической натуры непереносимо. В душе князя постоянную прописку получило тоскливое настроение, пришло чувство одиночества и оставленности людьми и Богом.

       Будучи моложе, он умел справляться с унынием, вызывающим полную подавленность духа без чувства какого-либо озлобления. Затем приступы уныния стали сопровождаться злобой и раздражительностью. Когда Потемкина посещало уныние, он сутками сидел один, никого к себе не пуская, в совершенном бездействии. Однажды, пока князь пребывал в таком состоянии, накопилось множество бумаг, требовавших немедленного разрешения. Но никто не смел войти к Потемкину с докладом. Молодой чиновник по фамилии Петушков вызвался представить нужные бумаги князю для подписи. Ему поручили их с охотой и с нетерпением стали ждать, что будет. Петушков с бумагами вошел в кабинет. Потемкин сидел в халате, босой, нечесаный, грызя в задумчивости ногти. Петушков смело объяснил, в чем дело, и положил перед князем бумаги. Потемкин молча взял перо и подписал их одну за другой. Петушков поклонился и вышел в переднюю с торжествующим лицом: – Подписал! Все кинулись к нему, глядят: бумаги в самом деле подписаны. Петушкова поздравляют. Молодец! Нечего сказать! Сумел-таки вывести князя из уныния! Но тут кто-то всмотрелся в подпись – и что же? На всех бумагах вместо: «Князь Потемкин» – подписано «Петушков»…

      Однажды генерал Сергей Лаврентьевич Львов ехал с князем Потемкиным в Царское Село и всю дорогу должен был сидеть, притаившись в углу экипажа и не смея проронить ни слова. Дело в том, что светлейший находился в мрачном настроении духа и упорно молчал. А в подобные часы, надо заметить, вовсе не редкие, с Потемкиным лучше было не заговаривать… Когда же Потемкин вышел из кареты, Львов остановил его и умоляющим тоном сказал: – Ваша светлость, у меня есть к вам покорнейшая просьба… – Какая? – спросил Потемкин, благоволивший генералу. – Не пересказывайте, пожалуйста, никому, о чем мы говорили с вами дорогой, – с невозмутимым видом произнес Львов. Потемкин расхохотался, и его уныние исчезло.

       Уныние – это предъявление Богу двух векселей – ропота и отчаяния. Уныние, как правило, порождает ропот, выраженный в перекладывании ответственности за свои несчастья на других, а, в конечном счете, – на Бога. Чем глубже уныние, тем больше во всех своих бедах человек винит окружающий мир. Недовольство и озлобленность – визитная карточка уныния.  Суть ропота можно раскрыть на простом примере. Человек достает из холодильника творог и читает: «Срок годности – 10 дней». С момента его изготовления прошло двадцать дней. «А, Ерунда, съем, ничего со мной не будет». Через несколько часов он начинает «пугать» унитаз и роптать на производителей творога, злую судьбу и, в конечном итоге, на Бога, словно Бог его заставлял от жадности поедать просроченный творог.  Ропот проявляет духовный и психологический инфантилизм личности: человек не желает брать ответственность за свои действия, отказывается понимать, что происходящее в  жизни есть простое следствие его выбора и не нужно искать виноватых.

       Унылый человек даже благоприятно складывающиеся обстоятельства обернет в обертку уныния. В 1838 году Иллариона Васильевича Васильчикова, которого все признавали честнейшим человеком, назначили председателем Государственного совета. Разумеется, его стали поздравлять с назначением. – Вот вам хорошо, – ответил Васильчиков с неподдельным унынием в голосе. – А мне каково… Всю ночь не мог заснуть. Боже мой! До чего мы дожили, что на такую должность лучше меня никого не нашли!..

         Отчаяние – следствие уныния.  «Уныние и непрестанные беспокойства могут сокрушить силу души и довести ее до крайнего изнеможения», – свидетельствует святитель Иоанн Златоуст. Крайнее изнеможение души, смерть надежды и есть отчаяние, которое, зачастую ведет человека к гибели. Оно предшествует самоубийству.  

         Корни уныния – гордыня, неудовлетворенность страстей, недоверие к Богу, безверие, лень, негативизм и болезни. Уныние побеждается молитвой, трудолюбием, самопонуждением. Как ни странно, когда человек вспоминает о смерти – уныние исчезает. Казалось бы, смерть – повод для уныния, но, наоборот, мысли о смерти отрезвляют человека. Все его беды становятся мелочными и ничтожными. Начиная думать о вечности, земные несчастия уходят на задний план. Представив близкого человека в гробу, он начинает видеть мир в истинном свете и понимает, что его уныние – лишь мираж, которому глупо придавать значение.

     Петр Первый страдал приступами уныния, которым обычно предшествовали молчаливость и грустная задумчивость. Если удавалось рассеять эти первоначальные признаки приближавшегося недуга, то все обходилось благополучно. Однажды, сидя в глубокой задумчивости в кабинете, государь услышал под окнами мычание коров. Удивленный, Петр выглянул в окно и увидел несколько десятков быков с привязанными к рогам бумагами. Петр приказал узнать, что это значит. Явился Балакирев, любимый шут Петра. Он представил императору одну из бумаг. Это было прошение рогатого скота, состоявшее в жалобе на немцев. Дескать, они поедают скотский корм, то есть траву, называя ее салатом, отчего скот остается в убытке. Вот, дескать, скот и просит у царя защиты от травоедов. Такое прошение развеселило Петра, и опасность приступа уныния миновала.