RSS Feed

Уязвимость

13.01.2014 by petr8512

В любой крепости при длительной осаде рано или поздно открывается брешь.

 Причем в самом неожиданном месте.

У каждого из нас — свои персональные штампы мышления и 

поведения, которые делают нас уязвимыми.

Харуки Мураками

Других мы судим, исходя не из того, какие мы есть, а из некоего представления о себе,

которое мы создали, исключив из него все, что уязвляет наше самолюбие…

С. Моэм.
Надо быть осторожным в разжигании в себе тще­славия похвалой.

Страшно увеличивается уязвимость, болезненность.

Л. Толстой.

    Уязвимость как качество личности –  склонность обнаруживать слабость, недостаток, малую защищенность, посредством которой можно легко уязвить человека, обидеть, ранить, нарушить безопасность, усилить эффект неблагоприятных сценариев реализации рисков.

     Священная Птица — Хранительница Чёрного Камня часто воевала с разбойниками и тиграми-людоедами, всегда одерживая в этих битвах победы. Однажды молодые воины из клана «Ветви дерева» решили пойти на поклон к Птице, чтобы узнать, в чём заключается секрет её непобедимости. Придя к жилищу Птицы и выполнив положенный ритуал приветствия, воины расселись на лужайке перед домом Хранительницы Чёрного Камня, и самый старший обратился к ней с такими словами: — О, Великая Воительница и Хранительница Чёрного Камня! Вести о твоих победах над врагами достигли самых удалённых уголков Поднебесной. Открой нам, в чём секрет твоей непобедимости? — Действительно, — отвечала Птица, — мои многочисленные враги сильны, свирепы и внушают ужас в бою. Но у всех моих неприятелей есть глаза, а у меня — крепкий клюв, которым я хорошо умею пользоваться. В этом и заключается тайна моей непобедимости. Не зря говорят старики: «Враг уязвим — воин непобедим».

       Ахиллесова пята эмоциональной уязвимости человека находится в травмируемости души, в неспособности защитить себя от болезненных переживаний, от эмоционального выгорания. Фразеологизм «ахиллесова пята», то есть уязвимое место, вошло в речевой оборот благодаря римскому поэту Гигину, передавшему миф об Ахилле – одному из храбрейших греческих героев, осаждавших Трою. Мать Ахилла, Фетида, пожелала сделать тело своего сына неуязвимым и для этого погружала его в священные воды Стикса. Лишь на пятку младенца, за которою его держала мать, так и не попали священные капли святой воды. Ахилл был смертельно ранен отравленной стрелой Париса, поразившей его в пятку.  Миф мифом, но в действительности ахиллово сухожилие способно выдерживать нагрузку в 400 кг и более  и является одним из самых уязвимых мест человека. 

       Уязвимость как качество личности, как правило, свойственно людям с негативным мировосприятием, низкой самооценкой, не умеющим или нежелающим управлять своими чувствами, эмоциями, переживаниями. 

       Уязвимость характерна для обоих полов. У мужчин уязвимое место – эго. Мужчина не любит переживать страх, чувство вины, скорбь и стыд. Проявлять данные эмоции – значит, прослыть неудачником, трусом, то есть стать уязвимым для внешнего мира. Когда мужчина совершает какую-либо ошибку, он становится сильно уязвимым. В этот момент важна адекватная женская реакция на его ошибку. Если она груба, насмешлива и беспощадна, мужское эго будет страдать и отчуждаться от женщины, нанесшей ему боль. В ответ на унижение оно обязательно займет оборонительную позицию, включит оправдательный механизм и агрессию. Неуважительность со стороны женщины уязвляет всё мужское существо. Чрезмерная женская реакция на ошибку ведет к холодности и разрыву отношений. Эго нашептывает мужчине: «Ты оступился, тебе нужна была ее поддержка, понимание и вера, что ты сможешь всё исправить, подняться и победить. А что ты увидел? Она, как ядовитая змея, нанесла тебе удар в уязвимое место, старалась уколоть больнее. Этот человек опасен для тебя. Беги от нее, пока не поздно».

     Когда женщина злословит о муже, она делает свою семью уязвимой, подписывает ей приговор. Женщина никогда не должна критиковать своего мужа за глаза или в присутствии посторонних. Это неверность в чувствах. Признаками женской неверности в чувствах служат: постоянно считать мужа причиной своей неудовлетворенности: «Все делает шиворот навыворот. Совсем меня не понимает, думает только о себе». Далее – понапрасну, без особо веской причины обижаться на своего мужа, ходить надутой, как будто под носом мешок с экскрементами подвесили, ходить в присутствии мужа с несчастным, недовольным видом. С эмоциональной реактивностью реагировать на мужа, насмехаться над ним в присутствии компании или детей, закатывать истерики, производить слезные атаки и демонстрировать ненависть.

       Близкие люди хорошо знают уязвимые места друг друга и порой не скрывают их, ибо не страшатся, что их за это отвергнут. Прятаться от собственной уязвимости всё равно, что убегать от близости. Открытость и искренность с любимым человеком делает, к примеру, женщину притягательной. Скрытность наоборот ведет к холодности и отчужденности. Когда мужчина любит женщину, он любит не ее социальные маски, а ее внутреннего ребенка – искреннего и уязвимого.

       Уязвимость может стать следствием пережитого предательства. Человек не верит, что есть в этом мире кто-то, кто не способен его предать. Эмоциональный шрам от предательства нескоро зарастает. Человек чувствует в этом контексте свою уязвленность во всем спектре человеческих отношений. Психолог Руслан Нарушевич пишет: «Предательство — вещь, которая может настигнуть человека в любой сфере отношений. И если в человеке есть страх предательства, которое он однажды пережил, но пережил в смысле подвергся предательству, но не пережил саму эмоцию, то эта эмоция может преследовать его и сама провоцировать определенные шаги, определенное поведение. И даже может привлекать людей определенного склада природы, которые будут вести себя именно так, чтобы помочь человеку пережить эту эмоцию. Например, если девушка, с которой молодой человек общался, прекращает общение с ним или увлекается другим мужчиной, то он точно также это может болезненно воспринять и сделать из этого неправильные выводы о том, что действительно предательство существует, что в этом мире никому нельзя доверять. Второе, я никому не ценен, потому что меня периодически от меня отворачиваются или меня игнорируют, меня предают. И, в конечном счете, человек теряет всякое восприятие жизни. Всякую радость жизни. То есть человек оказывается перед началом деградации. То есть возникает большой риск того, что человек, потеряв жажду жизни, потеряв страсть жизни, потеряв желание делать кого-то счастливым, может начать очень быстро и стремительно деградировать».

      Уязвимым человека делает предсказуемость. Иногда такие достоинства как обязательность, последовательность, постоянство служат для манипуляторов помощниками, как рассчитать будущие действия и поступки жертвы манипуляции. Джеффри Арчер в «Стечении обстоятельств» пишет: «Я обратился к детективным романам, но, увы, там все во многом строилось на совпадениях, везении и неожиданности. Я же не хотел доверяться случаю. И вот однажды я наткнулся на стоящий совет Конан Дойла: «Всякая жертва, следующая одному и тому же заведенному распорядку, становится более уязвимой».

       Окунемся в историю. Екатерина II хранила в глубочайшей тайне свою связь с Григорием Орловым, но ее муж – император Петр III подозревал, что изменщица беременна и решил ее наказать, отправив в монастырь. Вольдемар Балязин описывает случай, когда знание привычек императора сделало его уязвимым перед молодой императрицей.

      В начале апреля 1762 года Екатерина почувствовала, что роды совсем близки и поделилась своими опасениями с одним из наиболее доверенных слуг Василием Григорьевичем Шкуриным. Когда Екатерина приехала в Петербург, он служил истопником в ее апартаментах в Зимнем дворце и с самого начала сумел завоевать ее симпатии и доверие. Шкурин свято хранил тайны своей госпожи, особенно потворствуя ее роману с Григорием Орловым.

   За несколько дней до родов Екатерина сказала Шкурину, что боится, как бы из-за ее крика Петр Федорович не узнал об этой тайне. На что Шкурин, бывший в то время уже не истопником, а камердинером, сказал: – Чего бояться, матушка? Ты уж дважды рожала. Родишь и в третий – дело бабье. А что касаемо до государя, то я так сделаю, что его в тот момент во дворце не будет.

   – Не много ли на себя берешь, Вася? – усомнилась Екатерина. – Петр Федорович все же император, а кто – ты? – Не сомневайся, матушка. Как я сказал, так тому и статься, – ответил камердинер.

    На следующее утро Шкурин пришел во дворец со своим двенадцатилетним сыном Сергеем, и сказал Екатерине, что приехали они сюда о двуконь, и кони их стоят рядом с дворцом, у коновязи возле кордегардии, на Миллионной улице. – Сына, матушка я оставлю здесь, а ты вели ему постелить где-нибудь в соседней комнате. И как тебе пристанет, как почувствуешь, что вот-вот начнется, скажи ему, что он-де более тебе не надобен, и пусть скачет домой, поелику можно быстрее, и о том мне скажет. А я знаю, как свое дело делать.

    Затем Шкурин сказал Екатерине, где его искать, и с тем уехал, а мальчик остался. Шкурин жил на самой окраине Петербурга, в большой бревенчатой избе с женой, сыном и двумя дочерьми. Приехав, Василий Григорьевич вывез весь домашний скарб, отправил жену и дочерей на другую улицу, где жили его родственники, а сам, запершись в пустой избе, стал заниматься тем делом, которое и задумал. Сотворив все, что было надобно, он лег на пол и заснул. Проснулся Шкурин от того, что услышал под окном конский топот и тут же увидел, как с седла слетел его сын.

    Шкурин вышел к нему навстречу и спросил: – Как государыня? – Велели скакать во весь дух и сказать, что я более им не надобен, выпалил мальчик. – Садись на коня и поезжай к матушке и сестрам, – велел ему Шкурин, объяснив и то, где они нынче живут. Мальчик уехал, а Василий Григорьевич быстро оседлал коня, затем вернулся в избу и вскоре снова показался во дворе. Взглянув на избу, Шкурин перекрестился, вскочил в седло и рысью выехал за ворота. Оглянувшись через несколько минут назад, Шкурин увидел над своим двором струйки дыма.

      …Шкурин сам поджег свою избу, основательно все к тому подготовив. Изба горела хорошо – медленно, но верно, выкидывая снопы искр и облака черного дыма. Недаром, видать, был Шкурин долгие годы истопником, – знал толк в том, как надежно разжечь хороший огонь.

     Расчет его был прост. Он знал, что Петр Федорович в городе, и что по заведенному им порядку, как только петербургский обер-полицмейстер получит сообщение о пожаре, то тут же помчится конный полицейский офицер известить государя, где и что горит. И государь прикажет немедленно ехать на пожар, ибо, хотя и было Петру Федоровичу за тридцать, – детская страсть к созерцанию пожаров засела в нем навечно.

      Расчет Шкурина оправдался. В то время, как он скакал к центру города, навстречу ему попала карета государя, запряженная шестериком, несшаяся во весь опор по направлению к его дому. …Когда Шкурин вошел в опочивальню Екатерины, он услышал тонкий и неуверенный детский крик. Екатерина лежала на постели счастливая и обессиленная. Заметив Шкурина, она чуть-чуть улыбнулась и тихо проговорила: – Мальчик.

       Было 11 апреля 1762 года. А Петр Федорович в это время сидел в карете и с замиранием сердца следил, как крючники растаскивают баграми горящие бревна, как в облаках дыма и пара дюжие мужики тянут от бочек с водой заливные трубы, усмиряя бушующий огонь. А в опочивальне Екатерины бабка-повитуха, принимавшая роды, ловко запеленала младенца и вместе со Шкуриным никем не замеченная, осторожно вышла из дворца…