RSS Feed

Вероломство

07.03.2013 by petr8512

Вероломство — это умение ввести в обман поступком или словом, а подчас —

обещаниями и клятвами, которые так же легко дать, как и нарушить.

 Жан де Лабрюйер

         Вероломство как качество личности – склонность к сознательному обману чужого доверия, к вопиющему нарушению принятых обязательств, клятв, обещаний из низменных, часто корыстных побуждений.

     Подружились петух и скорпион, и пошли вместе в город. По дороге им повстречалась глубокая река. Скорпион и говорит: — Брат, я не смогу пройти через реку, я утону. — А я для чего? Садись на мою широкую спину, и я перенесу тебя через реку до другого берега, — сказал смелый петух. Не успел скорпион сесть на спину петуха, как тут же попытался ужалить своего друга, но не смог, так как спина у петуха была из сплошной кости. Петух спросил, что это за скрежет. А скорпион ответил: — Не бойся. У меня есть привычка скрежетать. Тогда петух подумал: «Бог милосерден ко мне, а то бы скорпион пронзил меня жалом». И, обращаясь к скорпиону, добавил: — Я не люблю друзей с плохими привычками, — и утопил скорпиона.

       Вероломство буквально означает «ломать веру». Как вероломство обычно оцениваются следующие действия: преднамеренное нарушение верности обещанию, соглашению или молчаливо подразумеваемым обязательствам, которые вытекают из взаимоотношений солидарности, дружбы, любви; клевета, ложный донос на другого человека, диктуемый завистью, ненавистью и стремлением использовать себе в выгоду несчастье другого; клятвопреступление, принесение клятвы с намерением нарушить ее в дальнейшем; сознательное введение другого человека в заблуждение с целью использовать затем его ложное убеждение против него же самого в эгоистических целях.

       Вероломство – родная сестра коварства. Две сестры, действуя в спайке, представляют такую же грозную силу, как пара натасканных на людей доберманов. Вот исторический пример, описанный Н. И. Костомаровым, когда союз сестер дает такие судьбоносные  для страны плоды: «23 ноября 1 741 года цесаревна Елизавета отправилась в Зимний дворец в гости к правительнице. Был куртаг. Вечером гости уселись за карточный стол, цесаревна тоже стала играть в карты. Вдруг правительница Анна Леопольдовна вызвала Елизавету Петровну из-за карточного стола, пригласила в другую комнату, сказала, что получила из Бреславля письмо: ее предостерегают, извещая, что цесаревна со своим лейб-медиком Лестоком замышляют произвести переворот. Цесаревна Елизавета при этих словах показывает вид изумления, уверяет, что ей в голову не приходило ничего подобного, что она ни за что не нарушит клятвы в верности, данной малолетнему императору. Она расплакалась и бросилась к правительнице в объятья. Анна Леопольдовна по своему добродушию расплакалась сама и рассталась с цесаревной при взаимных уверениях в любви и преданности.

    В Зимнем дворце принц Антон-Ульрих возобновил в последний раз свои предостережения супруге и просил ее приказать расставить во дворце и около дворца усиленные караулы, а по городу разослать патрули и, одним словом, принять меры насчет опасных замыслов Елизаветы. «Опасности нет, — ответила Анна Леопольдовна. — Елизавета ни в чем невинна, на нее напрасно наговаривают, лишь бы со мной поссорить. Я вчера с нею говорила, она поклялась мне, что ничего не замышляет, и когда уверяла меня в этом, даже плакала. Я вижу ясно, что она невиновна против нас ни в чем». А в ночь с 24 на 25 ноября цесаревна Елизавета, возглавив заговор, свергла правительницу Анну и ее сына, малолетнего императора Иоанна Антоновича, и стала императрицей Елизаветой Петровной.

      Посредством применения вероломства жизнь преподносит людям красноречивый урок, отучая их от идеализаций, излишнего романтизма, легкомыслия и помогая горькому прозрению после беззаботного порхания в обществе. Закаленный вероломством человек становится более рассудительным, осторожным и разумным. Если он с первого раза усвоил жизненный урок, то уже никогда опрометчиво не попадется в сети вероломства. Когда человек придает чему-то избыточную значимость, равновесные силы мироздания беспокоятся. Пытаясь вернуть его в равновесное спокойное и устойчивое состояние, они прибегают к помощи вероломства. Когда ученик готов, приходит учитель, а лучшего учителя, чем вероломство, найти затруднительно.

      Вот показательный урок из романа Ярослава Гашека «Похождения бравого солдата Швейка», как вероломство освобождает человека от идеализаций: «Вы пришли получить деньги по векселю, если не ошибаюсь? — спросил фельдкурат своего гостя. — Да, и надеюсь… Фельдкурат вздохнул:  Человек часто попадает в такое положение, когда ему остается только надеяться. О, как красиво звучит слово «надейся» из того трилистника, который возносит человека над хаосом жизни: вера, надежда, любовь. Как прекрасно иметь свой идеал, быть невинным, чистым созданием, которое дает деньги под векселя, и как чудесно надеяться своевременно получить их обратно. Надеяться, что я заплачу вам тысячу двести крон, когда у меня в кармане нет даже сотни. — В таком случае вы… — заикаясь, пролепетал гость. — Да, в таком случае я, — ответил фельдкурат».

       Один из самых мощных атрибутов вероломства, который как раз и ломает веру людей в порядочность и честность, служит клятвопреступление. Это вам не простое нарушение обещания жениться или обязательства своевременно отдать долг, здесь затрагиваются куда более мощные струны души, здесь человек посягает на судьбу, игнорирует совесть и Бога.    

    Последний русский император Николай был клятвопреступником. Этот факт описан в книге А. Горбовского и Ю. Семенова «Закрытые страницы истории». Отец (Александр III) не доверял Николаю, считая его никчемным и неспособным к царствованию. Поэтому решил передать престол младшему сыну. Но когда Александр III умирал, Михаил еще не достиг совершеннолетия и не мог принять корону. Перед смертью император взял с Николая клятву, что он откажется от престола, как только Михаилу исполнится 21 год. « Ты же сам знаешь, что не убережешь Россию, — пророчески говорил умирающий. — Добереги ее до совершеннолетия Михаила. Первыми давать присягу новому царю должны были члены императорской фамилии. Вдова императора наотрез отказалась делать это. Она плакала и повторяла: «Поймите, я же знаю его больше, чем вы, он мой сын и ближе мне всех. Под его управлением Россия погибнет!» Вдовствующая императрица так и не присягнула своему сыну. Чтобы скрыть это, ее объявили больной.

      Безвольный, никчемный человечишка, Николай не сдержал свою клятву, данную умирающему отцу. В трагические моменты своего царствования он не раз в отчаянии восклицал, что всему виной его клятвопреступление, но о добровольной передаче короны в пользу Михаила так и не помышлял. Когда он, наконец, отрекся от престола, поезд, как говорится, ушел, было уже поздно.