RSS Feed

Веселость

29.06.2013 by petr8512

Веселье — это небо, под которым цветет все, кроме злобы.
 Жан Поль

      Веселость как качество личности – способность находиться в состоянии приподнятого настроения, высокого жизненного тонуса, выраженного в легком юморе, подшучивании, улыбке и смехе.   

       Богатая дама, проезжая мимо бедного домика, услышала весёлый смех и велела слуге: — Сходи узнай, какой у них праздник. — Это семья лесоруба, — доложил слуга. — Сегодня он продал дрова и всех кашей сытно накормил. Вот они и радуются. «А у моего мужа дела всё хуже!» — тоскливо подумала дама. Вскоре дама снова проезжала мимо того же дома и опять услышала смех. Посланный слуга объяснил: — У лесоруба сын родился! Ему на трёх детей еды не хватает, а он четвёртому радуется. «А мои дочери приносят мне одни проблемы!» — грустно подумала дама. Когда дама в третий раз услышала смех в маленьком домике, она сама постучалась в дверь и спросила хозяйку, почему они всегда веселятся. — Всё у нас хорошо, вот и веселимся, — ответила простодушно женщина. Тут богатая дама не выдержала и поехала к колдуну. Она рассказала ему о семье лесоруба и воскликнула: — Это несправедливо! Моя жизнь — сплошные мучения, а у этой семьи — сплошная радость. — У тебя богатство, муж, умницы дочки. Что ты ещё хочешь? — удивился колдун. — Наколдуй мне счастье. — Я не могу наколдовать тебе то, чего ты не хочешь видеть рядом с собой, — вздохнул колдун.

       Веселый человек не разграничивает процесс знакомства на отдельные стадии. Не допуская бесцеремонности, фамильярности и панибратства, он с ходу способен определить в общении нужную ему дистанцию и регулировать ее по собственному усмотрению. Будучи центром притяжения в любой компании, он  дарит всем хорошее настроение, с ним легко и просто общаться.

        «Веселость, это бесценное качество, едва ли не самый редкий из даров», — неоднократно подчеркивал А. С. Пушкин. Если абстрагироваться от чрезвычайно развитой весёлости, считающейся отклонением и называемой гипертемией, веселый человек находит радость в факте своего существования, во всем находит отрадный момент, удовольствие, комизм, забаву и возможность посмеяться. Будучи, как правило, доверчивым, открытым и искренним, он, в то же время, способен глубоко видеть суть других людей. Поверхностность и верхоглядство присуще ложной либо чрезмерной веселости.

       Достаточно вспомнить чувство юмора и веселость  А. П. Чехова, чтобы понять, насколько «весельчаки» могут быть знатоками человеческих душ. Чехов любил устраивать бесконечные розыгрыши над друзьями, безобидно подшучивать над ними, находить смешное в каждом жизненном эпизоде. При этом он всегда оставался внимательным наблюдателем, не упускающим малейших деталей характера своего оппонента. К.С. Станиславский вспоминал такой случай: «Однажды ко мне в уборную зашёл один близкий мне человек, очень жизнерадостный, весёлый, считавшийся в обществе немножко беспутным. Антон Павлович всё время очень пристально смотрел на него и сидел с серьёзным лицом, молча, не вмешиваясь в нашу беседу. Когда господин ушёл, Антон Павлович в течение вечера неоднократно подходил ко мне и задавал всевозможные вопросы по поводу этого господина. Когда я стал спрашивать о причине такого внимания к нему, Антон Павлович мне сказал: – Послушайте, он же самоубийца. Такое соединение мне показалось очень смешным. Я с изумлением вспомнил об этом через несколько лет, когда узнал, что человек этот действительно отравился».

     О веселости А. П. Чехова вспоминали многие его современники. О чересчур серьезных людях он говорил: «если шуток не понимает – пиши пропало». Кто-то собирает марки или монеты, а Чехов всю жизнь собирал смешные фамилии. К примеру,  в рассказах «Крыжовник» и «Человек в футляре» фигурирует персонаж с забавной фамилией Чимша-Гималайский.  Такую причудливую фамилию Чехову преподнесла и подсказала жизнь, когда он был в своей знаменитой поездке на остров Сахалин. К нему подошел местный житель и представился. На визитной карточке красовалась фамилия – Римша-Пилсудский. Антон Павлович привез эту карточку с собой и, как вспоминал потом брат писателя, долго смеялся, что такой фамилии и в пьяном виде не выдумаешь. В коллекции писателя было множество смешных фамилий: провизор Проптер, Розалия Осиповна Аромат, «маленький школьник по фамилии Трахтенбауэр», Рыцеборский, Свинчутка, Зевуля, Верстак и т.д. Чехов смеялся над всеми и над самим собой, у него была настоящая страсть к озорству и всяческим мистификациям. Иван Алексеевич Бунин вспоминал один случай: «Иногда он разрешал себе вечерние прогулки. Раз возвращаемся с такой прогулки уже поздно. Он очень устал, идет через силу, – за последние дни много смочил платков кровью, – молчит, прикрывает глаза. Проходим мимо балкона, за парусиной которого свет и силуэт женщины. И вдруг он открывает глаза и очень громко говорит: – А слыхали? Какой ужас! Бунина убили! В Аутке, у одной татарки! Я    останавливаюсь от изумления, а он быстро шепчет: – Молчите! Завтра вся Ялта будет говорить об убийстве Бунина!»

      Другая русская литературная знаменитость – Ф. М. Достоевский, был далеко невеселым человеком. Каторга и солдатство к шуткам не располагают. Особенно после инсценировки смертной казни. В последний момент осужденным объявили о помиловании. Один из приговоренных к казни, Григорьев, сошел с ума. Тем не менее, Ф.М. Достоевский в романе «Подросток» делает крайне любопытное высказывание о смехе: «Смехом иной человек себя совсем выдает, и вы вдруг узнаете всю его подноготную. Даже бесспорно умный смех бывает иногда отвратителен. Смех требует, прежде всего, искренности, а где в людях искренность? Смех требует беззлобия, а люди чаще всего смеются злобно. Искренний и беззлобный смех это – веселость, а где в людях в наш век веселость и умеют ли люди веселиться? Веселость человека – это самая выдающая человека черта, с ногами и руками. Иной характер долго не раскусите, а рассмеется человек как-нибудь очень искренно, и весь характер его вдруг окажется, как на ладони… Итак, если захотите рассмотреть человека и узнать его душу, то вникайте не в то, как он молчит, или как он говорит, или как он плачет, или даже как он волнуется благороднейшими идеалами, а вы смотрите его лучше, когда он смеется. Хорошо смеется человек – значит хороший человек. Примечайте притом все оттенки: надо, например, чтобы смех человека ни в коем случае не показался вам глупым, как бы ни был он весел и простодушен. Чуть заметите малейшую черту глуповатости в смехе, значит, несомненно, тот человек ограничен умом, хотя бы только и делал, что сыпал идеями. Если смех этот покажется вам пошловатым, то знайте, что и натура того человека пошловата. И все благородное и возвышенное, что вы заметили в нем прежде, — или с умыслом напускное, или бессознательно заимствованное. Этот человек непременно впоследствии изменится к худшему, займется “полезным”, а благородные идеи отбросит без сожаления, как заблуждения и увлечения молодости … смех есть самая верная проба души”.

       Однажды издатель неодобрительно сказал молодому Брамсу: – Ну объясните мне, почему вы постоянно пишете такую грустную и мрачную музыку? Ведь слушатели, приходя на концерт, хотят отдохнуть, повеселиться, чтобы уйти домой с радостным настроением, а вы?.. Нехорошо, молодой человек! Напишите-ка что-нибудь бодрое, веселенькое… Глядишь, и распродажа пойдет повеселее. – Попробую, – ответил со вздохом композитор. Через несколько дней он действительно принес издателю свое новое произведение. – Ну что, получилось? – с интересом спросил издатель. – Не уверен, – ответил Брамс, – но я очень старался… Издатель с нетерпением развернул ноты… Новое произведение Брамса называлось: “Весело схожу я в могилу”.