RSS Feed

Жалость

15.05.2013 by petr8512

Радоваться за другого — сложнее, чем его жалеть.

                                                                               Сергей Маковецкий

          Жалость как качество личности – сентиментальное, унизительное, неграмотное милосердие без признаков активной помощи и поддержки.

        Один крестьянин с хутора, стоящего на отшибе, приютил у себя из жалости разбойника. Спустя какое-то время тот привёл с собой товарищей по ремеслу. Обладая слабым характером, крестьянин позволил им у себя жить, и его дом вскоре стал притоном. Сюда разбойники приносили всё ими награбленное. Когда шайку поймали, то крестьянина судили вместе со всеми, как соучастника их преступлений. Судья строго спросил его: — Как же ты стал разбойником? Крестьянин вздохнул, развёл руками и ответил: — По слабости характера, господин судья.

      Жалость – это порок. Сострадание и милосердие – это добродетели. Их, к сожалению, часто путают с жалостью. Каждый знает о существовании отношений между мужчиной и женщиной, основанных на жалости. Одна из сторон говорит: «Он без меня пропадет, мне его жаль», «Она такая беззащитная и неприспособленная. Сгинет без меня». Эти слова родом из нашего детства. Жалость рождается в отношениях ребенка с родителями, когда он испытывает комплекс «меня не любят»: «Раз меня не любят, значит, я не достоин любви. Мне так жалко себя, ведь я такой несчастный. Так хочется, чтобы меня пожалели, как недостойного любви». Вступив во взрослый мир, он переносит свою недолюбленность на партнера. К примеру, если невнимание и нелюбовь исходила от матери, женщина играет благородную  роль любящей и заботливой мамы. Какой она хотела видеть свою маму, такой она и предстает перед мужем. Жалея мужа, она повышает свою самооценку, самоутверждается: «Хочешь жалости? Дай сначала полюбоваться твоим унижением». Себе она говорит: «Если я его брошу, он сопьется». Жалость женщина принимает за любовь. Она не хочет понимать, что если вывести ее из роли любящей мамы, то в сухом остатке будет только грусть, неуважение или презрение к мужу. Все что угодно, но только не любовь. Это настолько типовой пример, что нельзя не сказать о соответствующей закономерности: человек, недолюбленный в детстве, испытывает из-за этого жалость к себе и поэтому притягивает партнера, вызывающего жалость.

      Верность этого вывода мы постоянно наблюдаем в жизни. Женщина, выросшая в атмосфере любви, обладает высокой самооценкой, любит и уважает себя. Встретив ходячую жалкость в мужском обличии, она обойдет его, как грязную лужу. Женщина, в которой сидит маленькая, недолюбленная, обиженная и неуверенная в себе девочка, потянется к этой жалкости. Почему? Да потому что этот мужчина вызывает такую же жалость, как и девочка у нее внутри. Подобное притягивает подобное. Девочка внутри и мужчина снаружи подобны.  Объединяет их жалость. Капкан сработал. Просто встретились два одиночества.  Развели у дороги костер, а костру разгораться не хочется, вот и весь, вот и весь разговор. Встретились две жалости. От суммы жалостей любви не бывает. Когда жалость вытесняет любовь, остается лишь шаг до презрения. Владимир Леви писал: «А почему для многих так невыносим плач — детский, женский, любой, почему? Да потому, что мы плачем вместе с Другим. Жалость— это и есть собственный плач, только внутренний, свернутый (а часто и вполне развернутый) — плач Ребенка в тебе, откликающегося на Ребенка в Другом. Сопутствующее раздражение, даже злость понятны: это тебе больно и страшно, это твой Ребенок требует прекратить!»

         Следовательно, пока ваша внутренняя девочка не простит своих родителей, пока не станет благополучной, вы будете снова и снова спотыкаться о жалость в мужском облике. Почему женщины натыкаются на алкоголиков? Потому что они их неосознанно с помощью своего подсознания ищут. В маленькой внутренней девочке сидит жалость к пьющему отцу. Вот она и спасает его. Только теперь это уже не отец, а муж. Почему нам жалко стариков? Потому что у нас есть страх старости и смерти.

       Жалость – это реабилитация самого себя. Она может проявляться во множестве форм. Насколько богата жизнь, настолько и многообразны формы ее проявления. Однако цель у жалости одна: болезненная потребность во внимании и любви. Получив очередную дозу жалости, человек путает ее с любовью и вниманием. У него появляется иллюзия близости и владения другим человеком. В результате возникает еще одна проблема – зависимость или привязанность.  Жалость к себе проецирует жалость к другим. Когда мы жалеем кого-то, на самом деле мы жалеем себя.  Жалость к себе проявляется как подавление собственной важности: «Я не достоин».

      Кажется, что жалость к страдающему человеку возникает только от одной мысли, что мы можем оказаться на его месте. Но, к счастью, наш разум работает в ином алгоритме. Иначе всех сожрал бы страх. При виде больного разум не представляет реально, а лишь может гипотетически представить нас на его месте. Между «представляет» и «может представить» – большая разница.  Кроме того, мы, зная законы мироздания, понимаем, что все в этом мире справедливо, и каждый оказывается на заслуженном месте. Жалость к себе, зачастую, проецируется на другого. В этом случае как на дрожжах растет собственная важность, ведь мы жалеем  другого, который, как оказывается, еще уязвимее, слабее и беспомощнее нас. Растет наша самооценка.

    Героиня фильма «Анжелика и король» говорит: «Я слишком люблю своих сыновей, чтобы их жалеть». Почему люди агрессивно реагируют, когда их начинают жалеть? Жалость жалит. Жалеют жалких. Жалость – это форма презрения к другому. Стать предметом жалости унизительно для человека. Можно стерпеть обиду, ненависть, злобу, наказание, но только не жалость. Жалость – приговор человеку как беспомощному существу. Она создает комплекс неполноценности и чувство безответственности. Подсознательно мы улавливаем разрушительную энергию жалости. Жалеют обычно неудачников, больных, несчастных, нищих и слабых. Кому хочется пополнить список страдальцев?  Куда полезней для человека, попавшего в беду, получить реальную помощь, чем слушать вздохи сожаления о том, какой он несчастный. Помощь приходит как любовь, понимание, милосердие, доброта, внимание или забота. Жалость и помощь – антиподы. Ницше говорил: «Возлюби ближнего значит оставь его в покое!»

      Всякий раз, когда на вас обрушится приступ жалости, вспомните, что каждый человек проходит в жизни какие-то уроки. Существует великое множество действий и проступков, которые приводят к вмешательству в его судьбы равновесных сил мироздания. Например, человек глубоко презирал бомжей. Людей в них не видел. Презрение приобрело такой накал, что равновесным силам ничего не оставалось, как сделать из него тоже бомжа.  Если мы бросимся его жалеть, значит, мы идем против законов мироздания.

      Все имеет свою причину.  Даже болезнь сигналит нам, что плоть глупа, что мы нарушили законы жизни. Полное выздоровление возможно, если вы усвоили урок равновесных сил. Например, врачи обнаружили у человека язву желудка. Сколько его не жалей, язва не зарубцуется. Может, она результат проглоченных, накопленных обид, а, может, причина банальная – неправильное питание. Жалеть, причитая о несправедливости судьбы, только навлекать на себя и на больного новые напасти. Жалость к другим порождает жалость к себе и делает нас слабыми. Жалость вызывает выброс в пространство отрицательной энергии недовольства. Между жалостью и гневом, ревностью, чувством вины, местью и ненавистью нет никакой разницы.  Нет, одно отличие существует: жалость человек получает за так. Зависть и ненависть нужно заработать.

        Жалость является частью эмоционального опыта. Если вы недовольны жизнью, жизнь будет недовольна вами. Поэтому измените намерение жалеть на намерение помочь. На внешнем плане можете посочувствовать человеку, но душой и разумом вы должны принять, смириться и согласиться со справедливостью  его состояния. Он сам, не осознавая того, подсознательно создал такое состояние. Если бы он осознал, к каким последствиям ведут длительные переживания, накопление обид, то не искал жалости, а давно бы простил  своим обидчикам. Чтобы не прощать, нужно не обижаться. А чтобы не обижаться, нужно умерить свою гордыню. Мы обижаемся, когда кто-то делает не так, как мы хотим. Дайте другим право быть другими и обид не будет.

        Разве не уместна жалость, когда болеют близкие люди? Жалость вредна близким людям. Болезнь и так отбирает у них много энергии, а еще приходится выделять энергию агрессии для отпора вашей жалости. Предложите больному вместо жалости любовь и милосердие. Милосердие – это грамотная жалость.  Помогите ему выздороветь, а не болеть под ваши причитания. Помните, что жалость свойственна людям, которые не признают или не осознают справедливость и гармоничность нашего мира, не понимают законов жизни и свое место в этом мире. Чем отличается жалость от милосердия? Мы находимся в эмоциональном состоянии милосердия с милым сердцем, то есть рядом и с любовью, предоставляя при этом другому человеку автономию выбора, ответственности и роста самооценки. Жалость навязчива и несет только проблемы изоляции, неполноценности и беспомощности.

       Однажды Максиму Горькому сказали, что вернули автору из далекого сибирского села рукопись большого, но бездарного романа. « Женат?» – насторожившись, спросил Горький. – «Кто?» – «Да этот ваш автор…» – «Не знаю». – «А жаль! Может, человек женился… дети… кормить нечем. Вот он, понимаете, слыхал, что за романы здорово платят, и послал. Много лет?»- «Он ничего не пишет о себе». – «Мало ли что! Надо бы как-нибудь стороной узнать. Если молодой – ругайте: выдержит. А ежели старый, пощадить надо. У меня такой был – в семьдесят два года стихи начал писать. Ну как такого ударишь?»

         Жалость и жестокость свойственна людям. Природа не знает жалости. Когда мы смотрим на умилительные проявления жалости у животных, мы очеловечиваем их. Действия животных лишь похожи по нашим меркам на жалость. Инстинкты понуждают животных спасать и заботиться о своем члене стаи. Если человек живет в гармонии с самим собой и с внешним миром, жалость ему не нужна. Он верит, что пока соблюдает законы мироздания, то и без жалости находится в полной безопасности.

       Случилось как-то раз большое наводнение, и застигло оно обезьяну и рыбу. Обезьяна, создание проворное и опытное, ухитрилась вскарабкаться на дерево и ускользнула от бушующих вод. Посмотрев со своего безопасного места вниз, она увидела, как отчаянно несчастная рыба борется со стремительным потоком. С самыми добрыми намерениями обезьяна наклонилась и вынула рыбу из воды. Результат был печален.