RSS Feed

Конфронтационность

04.05.2016 by petr8512

Я совершил переход от политики конфронтации к политике поиска согласия.

 Патрик Мур

Конфронтация – это позиционная война.

Неизвестный автор

Для смягчения конфронтации используются обороты: “Могли

бы вы мне объяснить…”, “Если я не ошибаюсь…”,

“Только не обижайтесь, пожалуйста,..”

В.В. Макаров

 

       Конфронтационность как качество личности – склонность  к обострению отношений, доводя их до прямого столкновения, противоборства, противостояния;  склонность к проявлению враждебности, агрессивности, неприязненности и конфликтности.

        Один человек изучил язык животных. Однажды он прогуливался по деревне, как вдруг его внимание привлёк какой-то шум. В конце улицы он увидел осла, отчаянно ревущего на собаку, которая, что есть силы, лаяла на него. Конфронтация на лицо. Человек приблизился и стал слушать. — Всё это говорит только о траве и пастбищах, — говорила собака, — я же хочу тебе поведать о мясе и костях, ибо я этим питаюсь. Тут человек не мог более сдерживаться и вмешался в их разговор: — Вы могли бы прийти к чему-то общему, если бы поняли, что полезность сена подобна полезности мяса.

      Животные резко обернулись к незваному гостю. Собака на него свирепо залаяла, а осёл так сильно его лягнул задними ногами, что тот свалился без чувств. Не обращая на него больше никакого внимания, они продолжили свой спор, переросший в агрессивную конфронтацию.

      Конфронтационность – это когда человек там, где можно увернуться, избежать, уклониться, сразу  идёт на Вы, лезет на рожон.  То есть, это своеобразная линия поведения, связанная с быкованием и направленная на то, что­бы самостоятельно, без учета интересов другой стороны, добить­ся осуществления собственных интересов и намерений. При этой линии по­ведения не приемлемо сотрудничество, согласие, синергетика, ибо одна сторона навязывает своё решение проблемы, применяя при этом непотребные методы: «обнажил я бицепс ненароком, даже снял для верности пиджак», волевой напор, вплоть до шантажа и запугивания.

        Есть люди, которые используют общение для разжигания конфронтации. Любой спор, полемику или дискуссию они готовы перевести в конфликт, а затем в прямую конфронтацию с её враждебностью, агрессивностью и противоборством. Они словно нарываются на неприятности. Это люди – дикобразы.

       Конфронтационников пруд пруди среди скандалистов и склочников. Скандалист обожает и стремится к противостоянию, противоборству и конфронтации. Соперничество и доминирование – это его конек. Бесперспективно что-то вменять скандалисту – конфронтационнику в вину, он всегда прав. Свое агрессивное, раздражительное, вечно раздражённое состояние он всегда спишет на козни и происки недоброжелателей. Постоянно находясь в состоянии враждебной агрессии,  конфронтационник подменяет обдумывание размышлениями о провокациях и ищет способы отмщения. Склонность избыточно реагировать на разочарование и грубо, импульсивно отвечать даже на легкую провокацию – свидетельство его эмоциональной реактивности.

      Скандальность в купе с конфронтационностью не нуждается в весомой причине для того, чтобы проявить свое мастерство на ниве скандального жанра. Здесь работает крыловский принцип: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать». Поводом перехода грубостей на частоты ультразвука может послужить любая мелочь, ничтожный пустяк. Скандальных дел мастер, возмутитель спокойствия, способный взбесить даже Будду, критиканствует, грубит и издевается так, что пропадает всякое намерение попасть в плен  его речевого диапазона. Агрессивно наседая на жертву, употребляя крепкие словечки, скандальность подчеркивает свое превосходство, угрожает, обвиняет и оскорбляет ее.

     Арина Забавина пишет: «Не у каждого хватает решимости вступать в открытую конфронтацию с опасными людьми. Однако у каждого должно быть достаточно благоразумия для того, чтобы держаться от них на определённом расстоянии и следить за тем, чтобы это расстояние не сокращалось». К таким людям относятся, например, склочники.

    Склочность, как универсально конфликтное, конфронтационное качество личности, вздрагивает от слов «миролюбие», «сотрудничество», «взаимная уступчивость», «компромисс», «покладистость» и «мирное сосуществование». Подруга конфронтации, противостояния и противоборства она не представляет жизнь без интриг, ссор и скандалов. Ее хлебом не корми – дай создать отношения напряженности. Спокойная атмосфера губительно воздействует на склочность, лишь в обстановке конфронтации, «боевых действий», когда кипят страсти и эмоции, она, как вампир получает подпитку от выплеснувшейся в пространство энергии. В благостной среде нечем «питаться», положительные эмоции не идут ни в какое сравнение по своему энергетическому потенциалу с негативными. То ли дело вызвать у людей злобу, гнев, ненависть или ярость – это замечательный ассортимент блюд. Ну, а когда ей удается довести человека «до белого каления», «до кипения», истерики или бешенства, склочность впадает в глубокий транс.

        Обладая хронической несовместимостью и патологической неуживчивостью, она чувствует себя глубоко несчастной, день прожит зря, если по каким-то причинам ей не удается создать конфронтацию, напряженность в отношениях на работе, с соседями, мужем или детьми. Остается вымещать свою злобу на политиках и артистах, мелькающих на экране телевизора. Склочность не смогла бы ужиться даже с ангелами, если поместить её в рай, он немедленно превратится в ад.

       Разум и ум находятся в вечной конфронтации.   Ум хочет, желает, жаждет, разум его одёргивает и призывает не делать глупостей.

Конфронтационность, сделавшись качеством личности, превращает человека в дикобраза. Он со всеми воюет и конфликтует, ссорится и скандалит.

       Хуже всего семейные отношения, спустившиеся до банальной, постылой конфронтации. Психолог Олег Торсунов говорит, что первый этап в семейных отношениях – это мир, сначала надо мира достигнуть. Когда мир приходит в отношения, как вы думаете? Мир приходит в отношения, когда мы терпим друг друга. Уважение – это уже результат, это второй этап. Когда мы можем терпеть друг друга, сразу мир приходит. «Я всё принимаю от близкого человека» – всё, мир, войны нет.

     Две стороны приняли все условия друг друга, все обиды простили – мир наступил. Пока не принимают – идет конфронтация.  Когда два человека приняли недостатки друг друга и считают: «Да, мне положено по судьбе иметь такого человека с такими недостатками» – всё, наступает первый этап отношений, мир. Никто никого не третирует, никто ни от кого ничего не требует, потому что требовать в семье – это глупо.

      Если от близкого человека что-то требуешь, он звереет от этого и всё, от этого ничего не получается хорошего. Только когда он сам поймет, что так надо делать, он будет это делать. Требования бессмысленны. Война в семейных отношениях бессмысленна, потому что  никто не побеждает в этой войне, все только проигрывают. Когда война начинается, дети становятся злыми, родители становятся злыми, и два человека, которые воюют, тоже становятся злыми, и счастья у них никакого не будет в личной жизни, одни скандалы бесконечные, которые только  рушат жизнь и всё.

    По мнению психологов, конфронтация  становится приемлемой, когда отстаиваются принципиальные вопросы: экологии, здоровья людей, нравственные и религиозные ценности (не убей, не укради, не прелюбодействуй и т. д.).  Если конфронтация вскроет многообразие точек зрения, значит, и в твоей позиции не всё однозначно. Это заставляет думать, сомневаться, а значит, искать новые пути решения, казалось бы, неразрешимых вопросов. Здесь, конечно, необходимы арбитры (третьи лица), нейтральная территория, правила дискуссий.

       Анекдот в тему.

      – Не понимаю я этих всяких президентов, они за какую-то там нефть готовы вступить в конфронтацию, войну начать, угробить многие тысячи жизней. – Ты ж свою подругу – Катьку тоже прибить готова. – Она же как мои новые сапожки увидела, так сразу свой носик сморщила. Её есть за что!