RSS Feed

Трагедизирование

28.11.2013 by petr8512

Только когда в жизни случается  настоящее несчастье, начинаешь осознавать, какими

ничтожными пустяками было все то, что раньше считалось трагедией.

Олег Рой. Паутина лжи

Настоящий трагизм жизни заключается в том, что старыми становятся

 слишком рано, а мудрыми слишком поздно.

Бенджамин Франклин

В жизни есть только две настоящие трагедии: одна – когда

не получаешь того, чего хочешь, а вторая – когда получаешь.

Оскар Уайльд

            Трагедизирование как качество личности –  склонность усложнять,   крайне преувеличивать последствия какого-либо обстоятельства, превращать чуть ли не любую неприятную жизненную ситуацию в катастрофу, ужас и бедствие.

      Шекспир узнал, что жена ему изменяет, и, будучи парнем простым и без комплексов, спросил ее прямо – правда ли это. На что она ему ответила: – Ой, только не надо делать из этого трагедию!  

     Трагедизирование означает «делать из мухи слона», то есть сильно преувеличивать, превращая обычную неблагоприятную ситуацию в эпохальное трагическое событие. Француз, глядя на приверженца трагедизирования, скажет с иронией: «Он делает гору из пустоты». Англичанин конкретизирует данную поговорку: «Он делает гору из кротовой кучки». Эта крылатая фраза пришла к нам из Греции. Она была введена в оборот писателем Лукианом, жившим два тысячелетия назад, в его сатирическом произведении «Похвала мухе». Но всё же Лукиан не был настоящим автором выражения. Лукиан лишь использовал уже существовавшую пословицу, авторство которой до сих пор остается загадкой. «Я прерываю слово, хотя многое мог бы еще сказать, чтобы кто-нибудь не подумал, что я, по пословице, из мухи делаю слона», — пишет Лукиан в конце своей «Похвалы мухе».

      Трагедизирование – профессионал придавать чему-либо негативному неоправданно большое значение, оно – настоящий дока из несущественного, простого случая, из маленькой проблемы раздуть сложнейшую, колоссальную проблему. Сгущая краски, трагедизирование искусственно вводит себя в состояние беспокойства и тревожности. Так и хочется ему сказать: «Твоей трагедии, дай её Леониду Гайдаю, хватит на десяток кинокомедий». Зачастую трагедизирование выдумывает трагедию на ровном месте, чтобы как-то заполнить вакуум своей пустой жизни.

      Трагедизирование убеждено, что жизнь по своей сути трагедия, финал которой предрешен. Ребенок родился, но Аннушка уже где-то разлила для него масло. Стоит только подождать. В романе Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» на вопрос «иностранца» (Воланда), что Берлиоз будет делать «сегодня вечером», последний отвечает, что в десять часов вечера будет председательствовать на заседании в Массолите. «— Нет, этого никак быть не может, — твердо возразил иностранец. —        Это почему? —        Потому, — ответил иностранец и прищуренными глазами поглядел в небо, где, предчувствуя вечернюю прохладу, бесшумно чертили черные птицы, — что Аннушка уже купила подсолнечное масло, и не только купила, но даже и разлила. Так что заседание не состоится». Вечером того же дня Берлиоз поскользнется на трамвайных путях, на которые Аннушка пролила масло, и попадет под трамвай.  

      У страха глаза велики. Трагедии еще не произошло, но воображение уже нарисовало негативный сценарий, в котором в одном клубке сплелись  тяжкие последствия, горе и беда. Дочь отрицательного ожидания, трагедизирование делает много шуму из ничего, прибавляет, дорисовывает страшные картины, которые, по ее мнению, неизбежно произойдут после реализации бедствия.

      Неопределенность среды, в которой безумствуют риски, порождает у человека – последователя трагедизирования, страх от возможности их реализации. Чем больше человек знает о рисках, тем больший страх он испытывает от гипотетической возможности их проявления. Поэтому трагедизирование загодя «раздувает кадило», ищет трагедию в каждой истории, чтобы потом с чувством удовлетворения сказать: «Я же предупреждало».

      Трагедизирование – это привязанность к трагедии длиною в жизнь. Эрих Мария Ремарк говорил, что «настоящая трагедия должна быть короткой». Трагедизирование считает иначе. Как наркоман не может жить без очередной дозы, так и оно находится в подавленном, угнетенном состоянии, пока не раскошмарит себя негативными мыслями. Характерно, что трагедизирование может существовать и уютно себя чувствовать как в прошлом, так и в настоящем и будущем.  В прошлом оно отыскивает былые несчастья и неудачи, в тысячный раз пережевывает  и переживает их и проявляет себя в настоящем как олицетворенная несчастность, безысходность и опустошенность. В режиме «здесь и сейчас» трагедизирование берет себе в союзники осознанность и в каждом действии констатирует свою неудачность, неуспешность и неудовлетворенность жизнью, людьми и собой. Безрадостно представляя будущее,  трагедизирование, словно на большом экране, видит печальные последствия реализации самых худших ее предположений и отрицательных ожиданий.

     В трагедизировании человек  сравнивает негативное возможное со  своими живыми реалиями и получает от этого сопоставления определенный вкус счастья. Многие, посмотрев фильм ужасов, выходят на улицу, облегченно вздыхают и испытывают радость от счастливого настоящего, от того, что это со мной не случилось. Теодор Драйзер в романе «Титан» писал: «Жизнь по-настоящему красива лишь тогда, когда в ней заложена трагедия». С этим тезисом трагедизирование полностью согласно. Для него жизнь без трагедии, всё равно, что брачная ночь без невесты.

       Как писал Сергей Есенин «Лицом к лицу – лица не увидать. Большое видится на расстоянии». Еще Чарльз Спенсер Чаплин подметил: «Жизнь — это трагедия, когда видишь её крупным планом, и комедия, когда смотришь на неё издали». Трагедизирование воспринимает жизнь крупным планом, поэтому оно видит негативные случайные черты в полной мере. Это и мешает ему увидеть, что «мир прекрасен». Мелочи жизни выдвигаются на первый план, заслоняя действительно важное и значимое. Мелочное восприятие окружающего мира – вот подлинная трагедия трагедизирования.