RSS Feed

Зависть

07.05.2013 by petr8512

Зависть — секира души.
Анахарсис

Как ржавчина съедает железо, так завистников — их собственный нрав.
Антисфен

Зависть — яд для сердца.
Вольтер

Зависть — это сожаление о чужом благе.
Плутарх

Зависть есть беспокойство души, вытекающее из того,

что желательным нам благом обладает другой человек,

которого мы не считаем более нас достойным владеть им.

Готфрид Лейбниц

  Зависть  как качество личности – склонность испытывать неудовлетворенность, горечь и печаль от благополучия и успеха другого, желать воспользоваться чужим счастьем, ощущать, что кто-то другой обделил тебя материальным положением и счастьем.

        Жил среди зайцев один Заяц. Многие зайчихи на него заглядывались: быстрее его никто в поле не бегал! Кажется, жить бы ему да радоваться, но… Заяц мучительно завидовал Черепахе. «Вот живёт! Вот живёт! — думал Заяц. — Собственную нору на спине носит! Втянула голову и ноги — и уже дома. Да, ещё какая нора! Крепкая, как камень, и с узорчиком. Эх, и повезло же глупой Черепахе!..» И всюду-то Заяц поносил Черепаху, и всюду-то её ругал, рассказывал про неё всякие небылицы, смеялся над ней. От зависти даже расхворался. — Что с тобой? — спросила Зайца Белочка. — С чего чахнешь? — Из-за проклятой Черепахи, — ответил Заяц. — Просто видеть её не могу, до чего она меня раздражает! Какую нору на спине носит! С узорчиком… А Черепаха больше, чем кому-либо, завидовала Зайцу, который умел так быстро бегать.

       Христианство под завистью понимает «печаль души, приходящая от благополучия ближнего. Зависть есть первоначальное семя всякого зла, первое порождение всякого греха, первая ядовитая скверна, растлившая землю и небо. Первый тлетворный пламень, зажегший огонь вечных мук и страданий». Коран: «Строго старайтесь преодолеть чувство зависти, ибо зависть пожирает добрые дела столь же быстро, сколь огонь пожирает сухое древо. Зависть побуждает идти человека на любые средства, для получения предмета зависти, пренебрегая при этом понятием чести, добра и порядочности». Сура 113-я: «О, Аллах! Защити от зла завистника, когда в нем зависть зреет».

         Главная причина зависти – гордыня. Артист завидует лучшему артисту, врач – врачу, учитель – учителю. Женщина говорит:  «У меня хороший муж», и у подруги тут же вспыхивает зависть, если она считает, что сделала неправильный выбор. Единственный способ уберечься от зависти – отстраняться. Заметили что есть зависть, сразу нужно дистанцироваться от этого человека. Зависть разрушает все вокруг здесь, сейчас и на перспективу. Поэтому нужно ее избегать. Она, прежде всего, пожирает завистника, но оказывает негативное влияние и на того, кому завидуют.

     Один греческий царь пожелал узнать, кто из двух хуже — сребролюбец или завистливый, — потому что оба не желают другим добра. С этой целью повелел он позвать к себе сребролюбца и завистливого и говорит им:  — Просите у меня каждый, что вам угодно; только знайте, что второй получит вдвое того, что попросит первый. Сребролюбец и завистливый долго препирались, не желая каждый просить первым, чтобы после получить вдвое. Наконец, царь сказал завистливому, чтобы он просил первым. Завистливый, вместо того, что бы попросить хорошее, сказал: — Государь! Прикажи мне выколоть глаз. Удивлённый царь спросил, для чего он изъявил такое желание. Завистливый ответил: — Для того, чтобы ты, государь, приказал товарищу моему выколоть два глаза.

    Зависть — страшное зло, полное лицемерия. Она наполнила вселенную бесчисленными бедствиями… От нее страсть к славе и деньгам, от нее властолюбие и гордость.

Цель зависти в том, чтобы того, кому завидует, видеть в неблагополучии.

         Зависть – это конфликт двух ложных эго.  Когда человеком верховодит эгоизм и корысть, он, преследуя свои интересы, всегда будет сталкиваться с интересами окружающих, и не факт, что их направленность будет совпадать. Скорее наоборот – его  намерения и желания будут конкурировать с желаниями других. Словом, когда в клубке драчливой жадности схлестываются два эго, выбирается в жизнь потрепанная зависть, преисполненная вожделения, злорадства, критиканства, досады и неудовлетворенности. Жить для себя – означает, мешать другим жить для себя. Отсюда зависть, а за нею злоба и ненависть.  Дон Кихот говорил своему верному оруженосцу Санчо Пансо: «О зависть, корень неисчислимых зол, червь, подтачивающий добродетель! Всякий порок, Санчо, таит в себе особое наслаждение, но зависть ничего не таит в себе, кроме огорчений, ненависти и злобы». С какого боку к зависти не подходи, всюду эгоизм и корысть. Стан Янковский пошутил: «Зависть — это такое особое чувство справедливости. Бывает двух видов: корыстная и бескорыстная. Корыстная — «Хочу, чтобы и у меня это было!», бескорыстная — «Хочу, чтобы и у него этого не было!»

         Зависть – бешеная собака, кусающая судьбу человека. «Никакая ненависть не бывает столь непримиримой, как зависть: вот почему мы не должны стремиться к ее возбуждению в других, – писал Артур Шопенгауэр, – напротив, мы лучше бы сделали, если бы отказались от этого удовольствия, как и от некоторых иных, из-за их опасных последствий». Зависть меняет направление жизни, она работает на будущее.  Завистники злорадно утверждают, что все одним миром мазаны, что зависть – врожденное человеческое качество и что от него ни спрятаться, ни скрыться. Придется их разочаровать. Человек, выдавивший из себя гордыню, особенно в таких ее формах проявления как спесивость, хвастовство и критиканство, становится счастливым обладателем чистого от зависти сердца. Посудите сами, если человек не выпячивает, не хвастается своими успехами и достижениями и выкинул из своего речевого общения малейшие намеки на критику, это означает только одно – в нём отсутствует зависть. Но, как писал Марк Твен: «Не  многие из нас могут вынести счастье — имеется в виду, счастье ближнего».

        Павел Первый повелел, чтобы Суворову отдавались военные почести подобно особе государя, и даже в его, императора, присутствии. Возведя Суворова в звание генералиссимуса российских войск, император писал ему в своем рескрипте: «Побеждая повсюду врагов отечества, недоставало вам еще одного рода славы – преодолеть и самую природу. Но вы одержали и над нею верх. Поразив еще раз злодеев веры, вы попрали вместе с ними козни сообщников их, злобой и завистью против вас вооруженных. Ныне награждаю вас по мере признательности моей и, ставя на высшую степень, чести и геройству предоставленную, уверен, что возвожу на оную знаменитейшего полководца сего и других веков». По получении высочайшего рескрипта Суворов воскликнул: – Помилуй Бог, велика милость, велик чин: он меня придавит!.. Недолго мне жить! Так и вышло. Недаром Суворов уверял, что раны, полученные им от придворных завистников, оказались тяжелее, чем полученные на поле боя.

        Смерть – это контролер зависти.  Завистник вызывает смерть на себя. Зависть – это высшая форма проявления насилия относительно другого человека. Завистника раздражает близость с  более счастливым, преуспевающим и удовлетворенным человеком. Например, у начальника плохое настроение, а у подчиненных, хоть они и пытаются это скрыть, отличное настроение. Как это так? Надо им сузить улыбки, наложить скорбные морщины. Насилие проявляется через зависть: «Вы сначала создайте у меня хорошее настроение, а потом радуйтесь сами».  У одного бизнесмена был жизнерадостный водитель. Казалось, чему радоваться: квартиры нет, будущее неопределенно, семья отсутствует, годы  к пенсии, а он улыбается и счастлив безмерно. А  бизнесмен уже не радуется деньгам, ибо измотали проверки всех инстанций, нервы на пределе, и он мысленно завидует своему водителю, хочет хоть денек побыть в «его шкуре» – ни о чем не волноваться и ни за что не переживать.

     Есть такая притча.

     Святой и проститутка жили напротив друг друга. Оба они умерли в один день. Душа проститутки, однако, попала на небеса, а душу святого привели в ад. Посланцы, которые пришли их проводить, были очень озадачены. Они всё время спрашивали друг друга: — Что случилось? Какая-то ошибка? Почему мы ведём святого в ад? Разве он не был святым? Самый мудрый из них сказал: — Он действительно был святым, но завидовал проститутке. Он всё время думал о вечеринках и удовольствиях, которые происходили в её доме. Отголоски музыки, доносившиеся до его дома, волновали его до глубины души. Ни один поклонник проститутки, сидя рядом с нею, не был так тронут, как он, слушая звуки, доносящиеся из её жилища, звуки колокольчиков, которые она носила на щиколотках. Всё его внимание постоянно было сосредоточено на её доме. Даже поклоняясь Богу, ушами он был обращён к звукам, доносящимся из её дома.

    — А проститутка? — Ползая в луже страдания, она всегда гадала, что за неведомое блаженство испытывает святой. Каждый раз, видя, как он несёт цветы для утреннего поклонения, она думала: «Когда я буду достойной того, чтобы принести в храм цветы поклонения? Я так нечиста, что не могу даже набраться храбрости войти в храм». Проститутка часто бывала зачарована запахом благовоний, сиянием светильников, звуками поклонения и некоей медитации, в которую никогда не мог войти святой. Проститутка всегда жаждала жизни святого, а святой всегда жаждал удовольствий проститутки. Их интересы и подходы, полностью противоположные друг другу, совершенно изменили их судьбу.

           Как обстоят дела с завистью у благостных людей? Благостная личность, заметив в поведении окружающих что-то неправильное, подавляет в себе  желание критики и, тем самым, достигает независтливости.  Когда она встречает достойного человека, то старается перенять у него достоинства, мастерство, навыки и не желает, чтобы он их  лишился. По существу, это тоже зависть, но, как говорят, белая благостная зависть. Завидуя благости и копируя ее, сам станешь добродетелью. Независтливость в страсти избирательна и условна, она не завидует лишь своим близким людям, но завидует всем остальным. Иными словами, занимается самообманом и самооправданием. Невежественный человек может проявлять независтливость в силу того, что  не знает вкуса счастья от благостной жизни. Наркоман и алкоголик не могут завидовать музыковеду, занимающемуся творчеством Гайдна. Они в этом ничего не соображают.

        К примеру, сосед купил новую машину, а у завистника на сердце тревога и печаль. Ему становится невыносимо жить, дышать трудно, ведь душит Жаба. Зависть – это нежелание жить собственной жизнью. От зависти не полнеют, а лопаются. Чувства завистника ощущает на тонком плане владелец «Мерседеса». Для ложного эго не существует расстояний. Вы можете позавидовать родственнику или приятелю, находящемуся на другом конце Земли, и его ложное эго в долю секунды почувствует зависть. Ложное эго соседа встрепенется от полученного сигнала зависти, и он начнет испытывать к вам неприязнь. Вы ни единого плохого слова не сказали о нем, но, тем не менее, ваши отношения испорчены атакой зависти. Два эго начали взаимодействовать, соединив в клубок  взаимное недовольство. Потом ложное эго одного начинают тянуть ложное эго другого. Взаимодействие двух ложных эго и есть зависть. Словом, зависть не нуждается в прямых контактах, драках, скандалах и оскорблениях. Достаточно плохо подумать или выразиться об объекте зависти, и она выскакивает, как черт из табакерки.

        Завистника трясет, и он жалуется другому соседу: «Мало того, что купил, негодяй, неизвестно на какие деньги машину, так еще и ставит ее около подъезда. Не пройти, не проехать». – «Так у тебя ж машины нет, – говорит сосед, чем она тебе мешает?» – «А у меня, как ее увижу, настроение на целый день пропадает. Повеситься хочется. Почему одним все, а другие постоянно мимо кассы? Как в машину сел, так уж и не здоровается, за человека не считает». Так действует зависть, разрушая человека и причиняя ему сильные страдания.

       Досада и печаль возникают только от своей зависти. Демокрит говорил: «Завистливый человек причиняет огорчение самому себе, словно своему врагу». Если в человеке нет зависти, чужая зависть ему не страшна. В адском котле зависти варится непосредственно ее родоначальник. Единственный разумный способ преодолеть зависть – это творить добро относительно человека, которому завидуешь, изо всех сил желать ему счастья. Пытаться делать вид на Мадрид, что ничего не происходит – значит, поощрять дальнейший рост зависти.

       Зависть не принимает обвинений в свой адрес, она всегда и во всем права. Переубедить ее – мартышкин труд. В народе говорят: «Свои собаки дерутся – чужая не подходи». Когда двое конфликтуют, выясняя кто из них прав, третий человек не должен занимать чью-либо сторону, даже если он прав. Дело в том, что у обделенного тут же появится зависть  относительно того, кто встал на другую сторону. Возникает парадокс: они поругались и разбежались, а тот, кто занял сторону другого получает жирный минус и не будет прощен никогда. Зависть к нему засядет, как заноза, в сердце обиженного человека.

       Завистливый человек любит сравнивать себя, свое материальное благополучие с другими людьми. Сравнение стало для него привычкой. Поскольку под «облако» сравнения попадают более успешные, но еще совсем недавно находившиеся на одном уровне с завистником, люди, то легко догадаться, каким будет накал недовольства собой. Завистнику следовало бы сравнивать свое нынешнее состояние с прежним, тогда б не было никакой зависти. Права и мудра африканская пословица: «Лекарство для завистников – пустыня».

        У Сергея Михалкова есть басня «Завистливый больной», раскрывающая абсурдную суть зависти: «Приятелю привет! И ты, брат, на леченье?» «Эх, лучше бы меня не спрашивал, Бобров! Тут я к себе узнал такое отношенье, Что, видно, мне придётся заявленье Строчить на здешних докторов! Одним больным — пилюли и микстуры, Другим — и порошки, и грязи на живот, И гальванические утром процедуры, То ванны, то массаж, то на голову лёд, Им специальная диета, И более того: их водят на укол! А мне, поверишь ли, прописан общий стол, Побольше двигаться и не курить при этом. И больше ни-че-го! Здесь явный произвол!…»
Ей-ей, такие есть, что завистью исходят. Когда при них другим зонды и шприцы вводят».

       Зависть к больным это еще что:

По кладбищу, где испокон веков
Железный мир крестов, надгробий и венков
С живою зеленью бок о бок размещался,
Приезжий человек ходил и возмущался:
«Какая благодать! Порядок здесь какой!
Благоустройство! Тишина! Покой!
Что за часовенки! Каким плющом увиты!
Какие мраморные плиты!
Вот ведь живут! Куда ни посмотри:
Здесь — два венка, а там — их целых три!»

Тот человек, что завистью томим,
Завидует и мёртвым, как живым!