RSS Feed

Интеллектуальность

04.06.2013 by petr8512

Надо знать обо всем понемножку, но все о немногом.

 К.А. Тимирязев

         Интеллектуальность как качество личности –  способность координировать, накапливать знание, помогать обретать его людям,  сделать развитие разума  основным жизненным приоритетом.

        Однажды Эйнштейна спросили, в чем он видит основное различие между собственным интеллектом и интеллектом других людей. Он задумался ненадолго, а затем ответил: «Если люди ищут иголку в стоге сена, то большинство из них останавливаются, как только найдут ее. Но я продолжаю поиски, обнаруживая вторую, третью и, возможно, если мне очень повезет, даже четвертую и пятую иголку».

        Если общественное устройство представить в виде пирамиды, то интеллектуальность будет ее вершиной. Интеллектуалы  помогают людям обретать знание. Это голова общества. Обновляя самих себя, постоянно находясь в развитии, в стремлении к новому знанию, истине, они становятся учителями, наставниками общества.  

     В древности во многих духовных традициях деление людей осуществлялось  по их интеллектуальным, психофизическим склонностям, то есть классификация была природно-естественной. На базе этого естественного деления людей по качествам в обществе существовали четыре различных сословия. Первое сословие — это сословие интеллектуалов, то есть людей, которые посвящали себя развитию разума, интеллектуальному и духовному развитию общества, то есть по сути дела были духовными лидерами. Второе сословие — это сословие правящего класса и воинское сословие. Третье сословие — это люди, занятые бизнесом или производством каких-то материальных ценностей. Сюда в основном попадали люди, занятые сельским хозяйством, фермерством, выращиванием животных и различных  растительных культур, а также люди, занятые торговлей, банковским делом и другими разновидностями деловой активности. И, наконец, четвертое сословие —  люди, относящиеся к категории служащих и рабочих. То есть это самая многочисленная категория людей в обществе. Согласно такому делению общества на сословия, интеллектуалы занимали самое почетное место в социальной иерархии.

        Интеллектуал и интеллигент – разные понятия и по смыслу и по времени существования и по формам проявления. Интеллектуалам – пролетариям умственного труда, свойственно ярко  проявлять своё  качество личности – интеллектуальность и, прежде всего, это выражается в преданности поиску истины. Их не устраивает поверхностное видение мира. Они рвутся к вскрытию причинно-следственных связей и закономерностей развития явлений. 

     Будучи по своей природе миролюбивы, интеллектуалы обладают способностью прощать, великодушно и снисходительно относиться к выпадам на свой счёт. Терпимость,  уважительность к лююдям  – неотъемлемые поведенческие характеристики интеллектуалов.

         Другое дело интеллигентность. Когда я слышу: “Вы интеллигентный человек”, у меня возникает ощущение, что я кого-то предал. Интеллигенция – это губительная российская выдумка собрать в одну гнилую кучу пустобрёх, прожектёров и никчем. Это люди, неспособные ни на что и, в то же время, способные на всё –  предательство, измену Родине, её грабёж.  Слово «интеллигент» было введено в речевой оборот второразрядным писателем П.Д. Боборыкиным в 60-е годы 19 века и до сих пор вызывает споры о том, кого оно в общественном устройстве конкретно  представляет.

       Философ Н. Бердяев в “Истоках и смысле русского коммунизма” пишет, что к интеллигенции “…могли принадлежать люди, не занимающиеся интеллектуальным трудом и вообще особенно не интеллектуальные. И многие русские ученые и писатели совсем не могли быть причислены к интеллигенции в точном смысле слова. Интеллигенция скорее напоминала монашеский орден или религиозную секту со своей особой моралью, очень нетерпимой, со своим обязательным миросозерцанием, со своими особыми нравами и обычаями и даже со своеобразным физическим обликом, по которому всегда можно было узнать интеллигента и отличить его от других социальных групп. Интеллигенция была у нас идеологической, а не профессиональной и экономической группой…”. 

       Интеллектуалы шугаются от принадлежности к интеллигенции, как черт от ладана. Когда у российского историка-этнолога, востоковеда и безоговорочного интеллектуала Л.Н. Гумилёва спросили: ” Лев Николаевич, вы – интеллигент? И взвился Гумилев: – Боже меня сохрани! Нынешняя интеллигенция – это такая духовная секта. Что характерно: ничего не знают, ничего не умеют, но обо всем судят и совершенно не приемлют инакомыслия».

           Интеллектуалу в своей гневной тираде, чтобы попасть в точку, нужно было заменить слово «нынешняя» на «всегда».  Незадачливая подруга Есенина Галина Бениславская записочку к Эрлиху закончила примечательно: «Интеллигент вы, а не человек, вот что».

           В.И. Ленин, как известно, насмехался над интеллигенцией, «полагающей себя мозгом нации. На деле, она не мозг, а говно». Мао Цзе-Дун интеллигенцию называл «самой умственно недоразвитой частью нации». Белогвардеец и монархист Иван Солоневич: «Русская интеллигенция есть самый страшный враг русского народа». Министр внутренних дел Плеве (впоследствии подорван  «интеллигентными» террористами) говорил: «Та часть нашей общественности, в общежитии именуемая русской интеллигенцией, имеет одну, преимущественно ей присущую особенность: она принципиально и притом восторженно воспринимает всякую идею, всякий факт, даже слух, направленные к дискредитации государственной, а также духовно-православной власти, ко всему же остальному в жизни страны она индифферентна».

        В отличие от интеллигентов, умеющих только витиевато пустословить, заниматься популизмом и раскачивать политическую лодку своей страны, интеллектуалы идут на самопожертвование, отдавая всю жизнь ради того, чтобы привнести истинное знание и благо в этот мир.

         «Спортсмен революции» Борис Савинков считал себя интеллигентом. Большевик Радек, интеллигентно прокучивающий в европейских ресторанах  деньги российских рабочих и крестьян, выделенные на цели Коминтерна,   назвал его на суде  «Гамлетом». Гамлет был изрядно потаскан. Трепач и позер, любитель вкусно пожрать и потискать красоток. Как писал великий князь Александр Михайлович, Савинков «умел разыскивать истерических молодцов, падких до его красноречия и готовых умереть за революцию. И они действительно погибали, а тем временем Савинков благополучно выбрался в Париж, чтобы продолжить свою приятную жизнь. Там он боролся со всеми существующими правительствами, сидя ежедневно с 12 до 2 в ресторане Ларю и запивая воспоминания о своих чудесных побегах бутылкой превосходного бордосского».

        «Гамлет» признавался в восемнадцатом году одному знакомому: «Революция и контрреволюция мне безразличны. Я жажду действия! Единственное мое желание, это дать работу самодовольным бездельникам, которые слоняются на задворках без толка». И он давал работу… Гремят выстрелы и рвутся бомбы. Эсеры тут оказываются впереди – настолько, что все другие партии плетутся далеко позади. Печальный список велик: министры внутренних дел Сипягин и Плеве, великий князь Сергей Александрович, министр просвещения Боголепов. А кроме них – 33 губернатора, генерал-губернатора и вице-губернатора, 16 градоначальников, начальников охранных отделений, полицмейстеров, прокуроров, помощников прокуроров, начальников сыскных отделений, 24 начальника тюрем, тюремных управлений, околоточных и тюремных надзирателей, 26 приставов, исправников и их помощников, 7 генералов и адмиралов, 15 полковников, 68 присяжных поверенных, 26 агентов охранного отделения. А кроме того, несколько сотен людей попроще – городовых, солдат и просто тех, кто случайно оказался не в том месте и не в то время.

          В 1922 году перед большевиками во весь рост встал вопрос: что делать с интеллектуалами? В.И. Ленин не стал искать повода расстрелять и предложил  заменить смертную казнь высылкой, посчитав, что лучше бы от интеллектуалов избавиться «без объяснения причин». Л. Троцкий писал: “Мы этих людей выслали потому, что расстрелять их не было повода, а терпеть было невозможно». Логично и цинично, ни убавить, ни прибавить. М. Осоргин в “Как нас уехали” пишет: “….– Вы как хотите уехать? Добровольно и на свой счет? – Я вообще никак не хочу. – Он изумился. – Ну как же это не хотеть за границу! А я вам советую добровольно, а то сидеть придется долго. Спорить не приходится: согласился добровольно».

        На двух “философских пароходах” насильственно отправлены в эмиграцию не продажные интеллигенты, а лучшие умы России. Как это ни странно, больше всего на пароходах было врачей. Большевики тщательно пересчитывали тех несогласных с новым порядком, которым дарили жизнь. Врачей — 45, профессоров и  педагогов — 41, экономистов, агрономов, кооператоров — 30, литераторов — 22, юристов — 16, инженеров — 12, политиков — 9, религиозных деятелей — 2, студентов — 34. Такая бухгалтерия отражала происходившее летом и осенью 22 года, когда поезда и пароходы развозили интеллектуалов за пределы России или вглубь страны, в ссылку. 

       Кто же были эти страшные интеллектуалы – враги советской власти? Немецкий пароход «Обербургомистр Хакен», вышедший из Петрограда 29 сентября 1922 года, имел на борту: философов Н. Бердяева, С. Франка, М. Ильина (Осоргина), С. Трубецкого, М. Новикова, Н. Цветкова и других. Люди уже тогда с мировым именем. Если над философами принято смеяться, то зачем же их нужно так бояться? А ведь некоторые из них и до этого подвергались бесконечным арестам, запугиваниям. Второй немецкий пароход «Пруссия», вышедший из Петрограда 16 ноября, имел на борту: философов Н. Лосского, Л. Карсавина, И. Лапшина (автор многих книг, переводов, статей в словаре Брокгауза и Ефрона), а также профессоров университетов, студентов и других.

     Многие изгнанники – интеллектуалы, находясь за границей, вошли в число выдающихся ученых XX века: Питирим Сорокин стал «отцом» американской социологии; Николай Бердяев оказал существенное влияние на умы всей думающей Европы, основал Религиозно-философскую академию, публикует журнал «Путь»; С.Н.Булгаков возглавлял Православный богословский институт в Париже, Л.П.Карсавин организует Русский научный институт, Н.О.Лосский создает в эмиграции выдающие труды по этике и теории познания, повлиявшие на развитие многих философских школ.

       В «Красном монархе» А. Бушков пишет: «После Октября интеллектуалов либо уничтожали, либо высылали за границу – зато интеллигенция всех мастей самым великодушным образом устроилась при большевиках, поскольку ее мировоззрению как нельзя лучше отвечали лозунги «мирового пожара» и «нового народного искусства». И правила бал почти двадцать лет, пока за нее не взялся, как следует Сталин… Метко припечатал ее Солженицын в статье «Образованщина»: «Интеллигенция сумела раскачать Россию до космического взрыва, но не сумела управлять ее обломками. Потом, озираясь из эмиграции, сформулировала интеллигенция оправдание себе: оказался „народ – не такой“, народ обманул ожидания интеллигенции».

        Интеллигент Бакунин досконально знал, что представляет интеллигенция: «Особенно страшен деспотизм интеллигентного и потому привилегированного меньшинства, будто бы лучше разумеющего настоящие интересы народа, чем сам народ. Во-первых, представители этого меньшинства попытаются, во что бы то ни стало, уложить в прокрустово ложе своего идеала жизни будущих поколений. Во-вторых, эти двадцать или тридцать ученых-интеллигентов перегрызутся между собой». Еще в 1971 г. известный социолог и публицист Н.Я. Данилевский писал: «Без народной основы, так называемая интеллигенция не что иное, как более или менее многочисленное собрание довольно пустых личностей, получивших извне почерпнутое образование, не переваривших и не усвоивших его, а только перемалывающих в голове, перебалтывающих языком ходячие мысли, находящиеся в ходу в данное время под пошлою этикеткою современных».  

       Интеллектуальность морально чистоплотна, в ее мыслях и поступках  обязательно преобладают чистые идеалы и  культура. Интеллектуалы зачастую непритязательны, им присуща удовлетворённость, довольство тем, что они имеют в данное время. Алчность к знанию, потребность поиска истины вытесняют беспокойные мысли о материальном благополучии. В.О. Рузов говорит: «Чтобы быть интеллектуалом нужно сразу возвыситься над внешней средой. Нужно сразу понять – есть – хорошо, нет – ну и ладно.  Идея не должна быть подкупаема. Идею нельзя подкупить. То есть не может прийти какое-то новое распоряжение из гороно, и мнение учителя может измениться по этому поводу. Правила новые вышли для русского языка, и всё. И вот сказали, что всё, теперь будет так-то. Не тОрты а тортЫ. Но у интеллектуалов все равно будет слух резать. Он все равно будет знать, что это не культурно.  А не дай Бог, он пошел на сделку со своей совестью, он себя аннулировал, как интеллектуал. То есть зря все эти годы обучения, зря все это развитие разума, зря все эти бедствия. Как только пошел на сделку из-за зарплаты, всё, тут же аннулировал, как интеллектуал, его уже никто не будет уважать. Поэтому, такие люди, они просто увольняются, уходят, если что-то меняется. Мечутся… мытари».

       Приоритет знания делает интеллектуалов милосердными, простыми в общении, чуждыми лицемерия и двуличия. То есть природе интеллектуальности присуща цельность личности. Интеллектуалы обладают правдивостью, ибо не склонны отклоняться от истины и не подтасовывать факты, даже если это может каким-то образом пойти в ущерб их собственным интересам. В высшем смысле слова правдивость проявляется в том, что человек стремится к абсолютной истине, к знанию. Интеллектуальность дружна с жертвенностью. Посвятив всю свою жизнь какой-то высшей духовной цели, интеллектуал приносит себя на алтарь великого пути.