RSS Feed

Неприхотливость

12.10.2013 by petr8512

Будь и малым доволен.

Русская пословица

Я — неприхотливый человек, мне достаточно самого лучшего.

Оскар Уйльд

Люди очень неприхотливы по природе и запросто

могут довольствоваться чужим, если своё надоело.

Юрий Татаркин

Человек – существо неприхотливое: на безмясье довольствуется рыбой, на

безденежье залезает в долги, а если леденеет от невзгод, то согревается мечтами.

Юрий Татаркин

Продается овчарка. Неприхотлива в еде. Любит детей.

   Неприхотливость  как качество личности – способность довольствоваться самым необходимым, проявлять крайнюю скромность в требованиях, быть простым, без претензии.

   – Как тяжела участь простого человека! Нет у меня ни денег, ни богатых покровителей, чтобы помогли встать на ноги. Кому нужны мои знания, кроме меня самого? – вопрошал ученик, обращаясь к своему учителю, в надежде услышать мудрый совет. – Посмотри на смоковницу, – сказал учитель, срывая тёмно-коричневый плод, — она растёт на самой бедной, глиняной почве и питает себя, не нуждаясь ни в чьей помощи. Древние финикийцы называли её «древом жизни», потому, что именно она давала человеку средства для существования. Вдумайся, есть триста способов использования смоковницы!.. Мудрый человек, как та смоковница, из самой не благодатной почвы получит плод трудов своих, наполняя скудость умов смыслом.

      Неприхотливость- это безразличие к комфорту. Неприхотливый человек не придает избыточной, чрезмерной значимости материальному процветанию, он может приспособиться к самым тяжелым условиям существования, не притязателен и  не разборчив в еде. Ему всегда вся пища вкусна, одежда удобна и условия удовлетворительные. Гурмана  и принцессы на горошине с него не получится точно.

      Неприхотливость – это атрофированная «Я хочу». В отличие от прихотливости, склонной от нечего делать требовать в форме неразумного хотенья что-то причудливое, излишнее, ненужное и надуманное, неприхотливость проста и непритязательна, она ставит человека выше бытовых обстоятельств, акцентируясь не на форме, а на содержании. 

       Некоторая неприхотливость в связке с добровольным самоограничением, удовлетворением потребностей в рамках нравственности и своей духовной традиции – означает, проявление разумности и мудрости. Человек, являющийся рабом своих ненасытных чувств, наносит вред своему здоровью и растрачивает жизнь на обслуживание потребностей своей плоти. Но плоть глупа. Она не приемлет ограничений.  Когда человек не знает границ в удовлетворении своих физиологических потребностей, он, в конечном итоге, полной ложкой хлебает муки и страдания.  

      Неприхотливость – это когда разум и душа настолько умеренны, что достигают согласия, получая самое малое. При этом неприхотливость не исключает стремления к большому, ибо это не аскеза и не самоограничение. Это такой настрой души и разума, мало зависимый от внешних обстоятельств. В неприхотливом человеке нет претенциозности, чрезмерной требовательности, он умеет приспособиться к самым неблагоприятным условиям.

     Мужик приходит в публичный дом и говорит: Подыщите мне кого-нибудь. Только подешевле. Ему отвечают: – У нас такса – сто долларов. Мужик секунду подумал и говорит: – Я человек неприхотливый. Давайте таксу.

      Неприхотливость – малое удовлетворение чувств в рамках высокой нравственности. Неприхотливый человек, прежде всего, разумен. Осознанно или нет, но он не становится рабом своих желаний. Тот, кто пытается удовлетворить все свои желания может нанести вред своему здоровью и просто потратить свою жизнь на удовлетворение физиологических потребностей.

       Неприхотливость – это когда разум говорит: – Перебьёмся. Чай, не графья. Перетопчимся, а душа не возражает и, как жена – декабристка, следует за мужем.

       Жирный плюс неприхотливости можно поставить только за то, что она помогает человеку стать выше мелочных бытовых обстоятельств. Неприхотливый человек  не придает какого-то особого значения внешней мишуре, концентрируя свое внимание не на формах, а на содержании. Поэтому, он, как правило, доволен жизнью. Довольствуясь малым, он, тем не менее, может стремиться к большему. Главное, что он не отравляет себя мыслями, какой я несчастный и обделенный. Как бы ни складывалась жизнь, неприхотливый человек остается верен себе. Его хоть во дворце посели, окружи невиданной роскошью, позволь удовлетворять любые прихоти, он всё равно останется простым и непритязательным в желаниях.

   Анекдот в тему. Попали русский, американец и немец на необитаемый остров. Ну, что делать? Решили половить рыбу, авось что поймают. Поймали золотую рыбку. Она им и говорит: – Отпустите вы меня, ребята, а я по одному вашему желанию исполню. Американец: – Хочу быть самым богатым в Америке. Немец: – Хочу жить в Берлине и быть властелином мира. А русский: – Организуй закуску, выпивку и верни ребят обратно.

      Неприхотливость находит радость в обыденной, повседневной жизни и извлекает из минимума максимум комфорта. В итоге носитель неприхотливости получает бонус – независимость от внешних условий, пренебрежение мелочами, свободу от претенциозности, разборчивости, прихотливости и недовольства. Он переносит неприятности с минимальными потерями. Мало того, в неприятностях он ищет новые возможности, то есть думает не о том, что потеряет, а о том, что приобретет.

      В  то же время, нет ничего более лицемерного, как, купаясь в роскоши, искусственно культивировать в других неприхотливость. Данный феномен наблюдается на протяжении всей человеческой истории. Одни с жиру бесятся, а другие вынуждены влачить жалкое существование, слыша при этом лицемерные слова, как замечательно быть неприхотливым и непритязательным человеком. Алчные, безнравственные особи, ограбив  народ, становятся поборниками искусственного занижения потребностей. Послушать их, так потребительская корзина Диогена вполне достаточна и для современного гражданина.

       Публицист Егор Холмогоров пишет: «Весьма характерно, что “неприхотливость” и “терпение” русским все время приходится _пропагандировать_ при помощи всех мыслимых и немыслимых матюгальников. Что русским все время с натугой рассказывают (обычно весьма благополучные и сытые люди), что они неприхотливы и терпеливы, терпеливы и неприхотливы. Это именно технология управления со стороны контролирующих Россию элит. Причем очень своекорыстного управления – эти элиты _не хотят_ отказываться от перераспределения в свою пользу чрезмерно большой доли прибавочного, а порой и основного продукта. Эти элиты не хотят учиться аскетизму хотя бы того образца, который характерен для элит европейских, – хотят содержать крепостные театры, крепостные футбольные клубы и т.д. И потому с необычайным нажимом проповедуют его рядовым русским, чтобы те “терпели”. … “Человек неприхотливый” – это человек, который _терпит_ необходимость ездить по грязным и разбитым дорогам, не видит ничего экстраординарного в том, что его бьют дубинкой по лицу, считает озверевшего прокурора и продажного судью нормой, а не скандалом».

      Эталон неприхотливости – древнегреческий философ Диоген. Однажды, уже, будучи стариком, Диоген увидел, как мальчик пил воду из горсти, и в расстройстве выбросил из сумы свою чашку, промолвив: «Мальчишка превзошёл меня в простоте жизни». Он выбросил и миску, когда увидел другого мальчика, который, разбив свою плошку, ел чечевичную похлебку из куска выеденного хлеба. Диоген просил подаяние у статуй, «чтобы приучить себя к отказам».

     Когда Александр Македонский  сказал: «Проси у меня чего хочешь». «Отойди, ты заслоняешь мне солнце», — ответил Диоген и продолжил греться. На обратном пути, в ответ на шутки своих приятелей, которые потешались над философом, Александр якобы даже заметил: «Если бы я не был Александром, то хотел бы стать Диогеном». По иронии судьбы Александр умер в один день с Диогеном 10 июня 323 года до н. э.

      Однажды, помывшись, Диоген выходил из бани, а навстречу ему шли знакомые, которые только собирались мыться. «Диоген, — спросили они мимоходом, — как там, полно народу?». «Полно», — кивнул Диоген. Тут же ему встретились другие знакомые, которые тоже собирались мыться и тоже поинтересовались: «Привет, Диоген, что, много людей моется?». «Людей — почти никого», — покачал головой Диоген.

     Однажды философ Аристипп, который нажил состояние, восхваляя царя, увидел, как Диоген промывает чечевицу, и сказал: «Если бы ты прославлял царя, тебе не пришлось бы питаться чечевицей!» На что Диоген возразил: «Если бы ты научился питаться чечевицей, то тебе не пришлось бы прославлять царя!»

        В российской истории был свой фаворит неприхотливости – Александр Суворов. В сочинении одного школьника была фраза, ставшая в последствие известной шуткой: «Суворов был настоящим мужчиной и спал с простыми солдатами!

    Императрица Екатерина II частенько щедро одаривала своих приближенных, и Суворову однажды, вернувшись с юга, вручила золотую табакерку. Подарок был украшен бриллиантовым вензелем императрицы и драгоценными камнями. Полководец сообщил своему управляющему: «А я за гулянье получил табакерку в семь тысяч рублей». Суворов всегда старался казаться необыкновенным в своих поступках; такой образ действий произвел в нем характер чрезвычайной независимости. «Держи голову в холоде, живот в голоде, а ноги в тепле», — происхождение этой поговорки также приписывают Александру Васильевичу. Даже в сильные морозы великий полководец одевался довольно легко. Однажды императрица презентовала ему роскошную шубу, которую велела носить. Ослушаться приказа было никак нельзя, и Суворов не расставался с шубой…которую возил с собой на коленях.

    Однажды на придворном балу Екатерина решила оказать Суворову внимание и спросила его: «Чем потчевать дорогого гостя?» Суворов попросил: «Благослови, царица, водкой!» Екатерина удивилась: «Но что скажут мои фрейлины, когда они будут с вами разговаривать?» Ответ был прост: «Они почувствуют, что с ними говорит солдат!»

    В книге «Черты из жизни Суворова» Гильоманш-Дюбокаж Габриель Пьер пишет: «Суворов имел привычку вставать очень рано – обыкновенно в четыре часа утра, а иногда и в полночь. Вставши с постели, он выбегал совсем раздетый на двор, и на него выливали по нескольку ведер холодной воды: обыкновение, которого не оставлял он и в самой глубокой старости. Обедал зимою в восемь часов, а летом в семь, и в другое время дня уже не употреблял никакой пищи; время обеда было единственным его отдыхом. Он любил сидеть за столом, и, не редко забывшись, просиживал долго… Ел один только раз в день. Стол его всего приличнее назвать солдатским.

     … Хотя чрезмерная простота его и имела некоторую наружность скупости; но тот ошибется, кто будет почитать Суворова скупым. Суворов во всякое время показывал стоическое презрение к деньгам: можно было подумать, когда он говорил об них, что он совершенно забыл настоящую их цену. Никогда не имел он при себе денег, и ни за что не платил сам. Известный Г. Тищенко, прежде солдат, потом Адъютант Суворова, некогда спасший ему жизнь, и потом всегда находившийся при особе нашего Героя, был в доме его главным смотрителем, дворецким, казначеем, и ему-то особенно поручены были все денежные  издержки. Суворов не носил на себе ни часов, ни перстней. Вещи сии не имели в глазах его никакой цены собственной; он почитал их единственно памятниками своей славы, и дорожил ими только по тому, что они были наградою за его подвиги. Когда случалось сидеть во всех орденах и алмазах подле какого-нибудь иностранца, то он любил говорить, указывая на каждый из них поочередно: этот орден получил я за такое дело; этот мне дали за такую победу. Можно сказать, что душа его утешалась славою, и что он с простосердечною искренностию желал переселить это чувство в другого.

      …И пища его и одежда и образ жизни, и все вообще привычки ознаменованы были простотою. Горницу, неубранную ни чем, предпочитал он всякой другой. Редко ночевал он в доме, когда солдаты его стояли лагерем. В том месте, где находилась главная квартира, отводили ему обыкновенно уголок в саду, где разбивали палатку: в ней проводил он ночи, большую часть дня, и не прежде как к самому обеду являлся в том доме, который занимали Генералы и Штаб. Палатка Суворова не отличалась ни чем от простой офицерской: во все продолжение военной жизни своей не провел он ни одной ночи в постели: две или три охапки сена были великолепнейшим ложем для Полководца Российских воинов. Будучи в Императорском Дворце, приказывал он расстилать в спальне своей сено. 

    Он не имел ни экипажей, ни верховых, ни каретных лошадей – при особе его находился один только человек. Для некоторых временных прислуг домашних употреблял он козаков, солдат, кого случалось дорогою, ездил в простой кибитке на почтовых или извощичьих лошадях. Когда надлежало командовать или в маневрах, или в сражении, то он садился на первую попавшуюся ему лошадь. Обыкновенно давал ему лошадей адъютант его Тищенко; словом, нельзя вообразить ничего умереннее и неприхотливее издержек Суворова».