RSS Feed

Стоит почитать:

Популярное

Умение расставлять акценты

Просмотров: 348

29.02.2016 by petr8512

При изложении любых событий можно расставить акценты так,

чтобы раздуть важность того или иного эпизода.

Шарлотта Роган. Шлюпка

Мыслитель не говорит ничего нового: он несколько по-иному расставляет акценты.

Авессалом Подводный

Внутренний голос должен уметь расставлять акценты.

 Тамара Клейман

                                                          

          Умение расставлять акценты как качество личности –  способность выделить, обратить внимание, заострить, выдвинуть на первый план то, что нужно для реализации своих целей.

     Мудрый совет для джентльменов. При знакомстве с девушкой не нужно акцентировать внимание на том, что вы живете за счёт сбора пустой тары, в частности трёхлитровых банок. Просто осторожно намекните, что довольно успешно работаете в банковом бизнесе.

   Бабушка едет в лифте с внучкой, которая только еле-еле научилась читать. Внучка читает надписи, нацарапанные на стенках лифта, сами знаете, чего там пишут. Читает она, конечно, медленно, но одно слово, совсем короткое, да и времени хватило — на восьмой этаж двигались, она одолела. Показывает пальцем на надпись и спрашивает бабушку: – Что тут написано. Бабушке воспитание не позволяет произнести вслух, да еще и своей родной внучке ТАКОЕ!!! Бабушка быстро сообразила и выпалила: – Чай. На что внучка ей возразила: – Нет, бабушка, тут написано … Старушке пришлось не акцентировать на этом слове внимание, и она промолчала.

         Грамотная расстановка акцентов позволяет решить как благие, так и порочные цели. Например, благостная расстановка акцентов помогает быстрее осознать путь к истине. Невежественное акцентирование, находясь в подчинении тенденциозности и предвзятости, превращается в отработанный способ искажения информации, когда, на первый взгляд, всё преподносится верно, но всё дело в маленьком штрихе, в «чуть – чуть», которое и превращает правду в ложь. Идёт манипуляция сознанием другого человека, ему незаметно навязывается то, к чему стремился манипулятор. Описывая какое-либо событие или личность, он особо отмечает, делает упор  на негативных сторонах её деятельности, и положительный герой в сознании читателя превращается в свою противоположность.

      Людям в страсти умение расставлять акценты помогает жить легче. Так, неправильная расстановка акцентов ведёт к непониманию и недоразумениям.

      Нечестные, неблагородные люди всегда использовали умение расставлять акценты для внушения нужных им стереотипов и предубеждений. Например, западные авторы, стараясь испоганить Россию и россиян, спекулируют на качестве наших людей прибегать к чрезмерному покаянию. У них все белые и пушистые, у нас сплошь – злодеи и демоны. Наш Иван Грозный, как известно, любил каяться, при этом возводя на себя иногда напраслину.  По сравнению с некоторыми западными историческими деятелями его поры он просто наивный шалунишка.

    По законам Генриха VIII только за «бродяжничество» было повешено 72 тысячи насильно согнанных с земли фермеров. Это две трети населения тогдашнего стотысячного Лондона!

       Во времена Ивана Грозного в Англии правила королева Елизавета или, как ее называют «добрая королева Бесс», «королева-дева», на ней ещё хотел жениться русский царь, но сомнительный комплимент – выходи за меня замуж, а то «пребываешь в своем девическом чину как есть пошлая девица» отбил у неё навсегда всю охоту к замужеству. «Добрая» и «благочестивая» королева — одобряла пиратство, поддерживала пирата Фрэнсиса Дрейка. Как свидетельствует энциклопедический словарь Гранта, за годы правления Елизаветы в Великобритании было казнено 89 (!) тысяч человек. Королева за один год казнила больше людей, чем вся инквизиция за три столетия!

    А чего стоит миф о немытой России? Испокон веков наши русские женщины были чистыми и пригожими, в то время как женщины даже высших европейских сословий ходили вшивые и немытые, расставляя «мины» в кустах Версаля. Вонючки, одним словом.

      Изабелла Кастильская — королева Испании по ее признанию за всю жизнь мылась только два раза — в день своего рождения и когда шла под венец. Знаменитой вонючкой был король Франции Людовик XIV. Он  успел помыться за всю жизнь всего лишь пару раз. Даже в момент смерти от гангрены ноги, которую он не дал помыть даже врачам, он не перестал бояться воды. Фридрих Второй Великий – король Пруссии жил в своей резиденции со сворой собак и запрещал слугам убирать в поместье дерьмо, если только оно не лежало толстым слоем в полметра. Король, видимо, помешался, потому что он не мылся и не переодевался. Когда он умер, его камердинер заметил, что рубашка короля просто сгнила от пота на спине его величества. Генрих Наварский — один из самых прославленных королей Франции не имел никакого представления о чистоплотности.. Верные слуги каждое утро подавали королю свежий наряд, но даже выстиранное белье не могло заглушить «звериный» запах короля. Да, король любил охоту до умопомрачения и не считал нужным каждый раз после мероприятия купаться. Любовницы указывали королю на его » не столь приятный» запах, а вторая жена перед брачной ночью искупалась в ванной, наполненной духами. Но это не помогло.

    Александр Бушков в книге «Екатерина II. Алмазная золушка» прошелся по чистоплотности Европы восемнадцатого столетия и ее ароматах.  Наше счастье, что техника пока что не достигла описанных фантастами высот, и телевизоры с киноэкранами не способны передавать запахи. Иначе костюмированные фильмы из жизни кавалеров и дам восемнадцатого столетия пришлось бы смотреть, наглухо забивая ноздри затычками…

    Восемнадцатое столетие смердело, как сотня дохлых кошек. Уж простите за неприглядные подробности, но именно так все и обстояло. Кавалеры в кружевных манжетах и дамы в красивых платьях, которых мы видим на экране, в реальности не мылись по несколько месяцев, да и бельишко менять не особенно спешили. Ради ликвидации последствий такого образа жизни были изобретены изящные штучки с откровенным названием «блохоловки». Как легко догадаться из названия, ими ловили на себе блох те самые блистательные дамы и господа прямо на пышных приемах.

    Для французских королей построили великолепнейшее место под название Версаль. Красивейшие парки с фонтанами и тенистыми аллеями, роскошные дворцы… Вот только во всем этом Версале (в отличие от «варварской» России) не было ни одной комнатушки, которую у нас обычно именовали «нужником», а впоследствии «сортиром». Ни единой. Суровый исторический факт.

       Как же они там обходились? А попросту. Королю и кучке высшего дворянства еще подносили предмет под деликатным названием «ночная ваза» — а многочисленные придворные (и масса вносившей свой вклад прислуги) перебивались и без этого. Я ж говорю, нравы были самые непринужденные. Какой‑нибудь благородный граф (порой на приеме) подходил к камину, непринужденно поворачивался спиной к обществу и преспокойно пускал струю в камин. Более воспитанные люди на минутку выходили на лестницу, каковую и орошали столь же непринужденно. Ну, а большую, как принято именовать, нужду можно было справить под любым красиво подстриженным садовниками кустиком.

    Представляете, как благоухал великолепный Версаль, которому завидовали все остальные европейские монархи? А теперь представьте, что вы — придворный кавалер. И уманили, наконец, в парк ночной предмет своих воздыханий. Ну, лобзания, клятвы, прелюдии… Нежно берете за талию ваш предмет, с колотящимся сердцем опускаете ее в густую травушку‑муравушку… И аккурат в… Черт их знает, как они там в Версале в таких вот случаях реагировали. Может быть, и внимания не обращали особенно — притерпелись, должно быть, к «ароматам»… Самое смешное, что эти вот субъекты искренне считали «варварами» наших предков — которые, в отличие от французов, каждую неделю ходили в баню, а нужники имелись повсеместно…

      Сколько помнит себя Русь, столько ассоциирует себя с баней.  Геродот (V в. до Р.Х.) упоминает о жителях степей [Восточной Европы], которые парились в хижинах, поливая раскаленные камни водой. Анатолий Мариенгоф в книге «Это вам потомки» приводит такой диалог: «- Вы, русские, очень любите мыться! — Да. Любим. — Я заметила, месье, что вы каждый день принимаете ванну. — А вы, мадам? Французы? — О нет, месье! Для чего же нам часто мыться? Ведь мы чистые. Поразительная нация».

    Посмотрим, как западные книги об истории России неправильно расставляют акценты.

   Александр Березин рассказывает о новой книге британского историка Саймона Себаг-Монтефиори «Романовы: 1613-1918», которая произвела в Великобритании настоящий фурор. Секрет небывалой популярности семисотстраничного «кирпича» — в своеобразной расстановке акцентов.

    Вот, что пишут про книгу в Великобритании: «Это история заговора, госпереворотов, совершенных в пьяном угаре, убийств, пыток, колосажания, дыбы, запарывания насмерть, сексуальных и алкогольных излишеств, шарлатанов и самозванцев…»

     То есть, «Триста лет Романовых — это история жестокости, секса и насилия. Все это так по-русски, быть может, подумаете вы, — и это определенно тот вывод, к которому автор хочет подвести читателя».

    На протяжении всей книги всплывает одна и та же идея: Романовы были склонны к жестокости до такой степени, что династия состояла из «мегаломаньяков, монстров и святых». Монтефиоре рисует весьма красочную картину: стены Кремля, украшенные повешенными, 14 пыточных камер работают день и ночь, за исключением воскресений. То, что показанный им эпизод эпохи Петра I достаточно специфичен, историк пояснить не удосужился.

   Во Франции XVIII века (конечно, до свержения монархии) было меньше казней, чем в России. Однако в Европе тон задавала Британия. Такие мероприятия как публичное потрошение, кастрация с последующим четвертованием в Англии вплоть до XIX века были обычным делом, и случись восстание декабристов в этой стране, именно так поступили бы с теми, кто вышел на Сенатскую площадь.

   Монтефиоре «забывает» напомнить читателю, что в период, о котором он пишет, все это было вполне в духе просвещенной Европы.

    Уже в начале XIX века, когда смертная казнь в России была большой редкостью, член британского парламента охарактеризовал уголовный кодекс Англии как «кровожадный, варварский и писаный кровью». Это были не просто слова: в XIX веке, несмотря на смягчение «Кровавого кодекса», только в Великобритании казнили более 4000 человек.

    За 25 лет правления Александра I в России было казнено лишь 24 человека, что, например, существенно меньше, чем в современной Японии как в абсолютных цифрах, так и на душу населения. Сравнивать александровскую Россию с Британской империей вообще невозможно: в одной Австралии, населением близкой к Москве тех времен, в XIX веке казнили больше людей, чем во всей России.

     Словом, недруги России во всю используют  умение расставлять акценты так, чтобы великая страна с великой историей выглядела жалким изгоем. Представляя силы Зла и Невежества, они посредством шельмования и умелого акцентирования, пытаются в лице России уничтожить Добро и Благость.


Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru