RSS Feed

Нетрадиционность

23.02.2017 by petr8512

Я уважаю традиции, но я уверен, что мы всегда имеем

право менять их, если чувствуем, что время для этого пришло.

Такеши Китано

К сожалению, мы продолжаем поддерживать ценности и

традиции, отражающие наше наследие, не задаваясь

вопросом об их целесообразности в настоящем и будущем.

Жак Фреско. Всё лучшее, что не купишь за деньги

 Традиции всех мертвых поколений тяготеют,

 как кошмар, над умами живых.
Карл Маркс

 Нетрадиционность  как качество личности – склонность проявлять особенность, оригинальность, необычность, самостоятельность в мыслях, решениях и поступках; действовать строго индивидуально, самобытно и своеобразно; склонность не придерживаться укоренившихся обычаев,  порядков в чём-либо вопреки общественной морали.

 Для Махатмы Ганди стать мясоедом, означало проявить вопиющую нетрадиционность. Один друг пытался убедить его отказаться от вегетарианства. Он сказал Махатме: – Англичане способны с небольшим количеством людей удерживать в подчинении миллионы индийцев только потому, что едят мясо. Это делает их сильными. Единственный способ борьбы с ними — тоже стать мясоедами, как они.

     Однажды ночью, когда оба друга шли по берегу реки, Ганди согласился съесть кусок козлятины. Этим он пошёл наперекор убеждениям своих предков и своей касты. Ему тут же стало очень плохо. «Я никак не мог переварить это мясо и, пытаясь заснуть, слышал у себя в желудке блеяние съеденной козы», — так он рассказывал в автобиографии. За всю свою жизнь Ганди больше не притронулся к мясу, даже тогда, когда учился в Англии, где все говорили, что без мяса ему не вынести холодную зиму.

   Нетрадиционность порочна, если  она находится под влиянием энергии невежества и деградации.

     Когда в человеке укоренилась нетрадиционность, попирающая божественные заповеди, она неизбежно ведёт его к греху и пороку.

    Нетрадионность хороша, если она не подавляет в человеке совесть, стыд, достоинство, честь и нравственность. Она может идти не в ногу с общественной моралью, но при этом оставаться благостной и благородной.

   Благостна нетрадиционность, ведущая к Богу, прогрессу, развитию и совершенствованию личностей.

      Однажды встретились в поле два коня, один холёный, другой — «кожа да кости». И спросил худой конь: — Мы с тобой родились в одно время. Почему же меня кормят одной соломой в холодном сарае, а ты имеешь всё, что только пожелаешь?

       — Мой хозяин применяет новые науки, и в поле за него всё делают умные машины, — ответил холёный. — Поэтому меня он только кормит и готовит для скачек. А чем занимается твой хозяин? — Сеет и жнёт. — Умными машинами? — Нет. — А как? — Так, как его дед учил его отца: мной, сохой, да серпом прадеда.

      Теодор Драйзер в «Гении» пишет: «В нашей общественной жизни слишком сильны слепые инстинкты, и мы почти бессознательно бросаемся прочь от всего, что противоречит традициям, обычаям, предвзятым взглядам и целям, которым, по своей близорукости, придаем большое значение».

      В таком же контексте мыслит Жозе Сарамаго в «Двойнике»: «Неподъемный груз традиций, обычаев и привычек, занимающий большую часть нашего мозга, безжалостно подавляет самые блестящие новаторские идеи, на производство которых еще способна оставшаяся его часть».

     Каждый раз, когда гуру и его ученики собирались молиться, в ашрам входил кот и отвлекал их от дела. Тогда гуру приказал ученикам привязывать кота на время молитвы. После смерти гуру кота по привычке продолжали привязывать. Когда не стало и кота, в ашраме завели другого, чтобы тщательно выполнять инструкции гуру на время общения с Господом. Прошли века. Учёные последователи гуру написали научные труды, в которых указывалось, что привязывание кота на время молитвы имеет особую важность для отправления богослужения.

      Если нетрадиционность приводит человека к прочной связи с Богом, такой нетрадиционности нужно только громко рукоплескать.

      Нетрадиционность примитивна и неразумна, если она отметает всякую преемственность и всё лучшее, что было ранее создано человеческой мыслью. Преемственность – броня от глупости и непробиваемый щит от лжеучений. Если традиции следовали тысячи достойных, великих личностей, если они передавали её из поколения в поколение, значит, эта традиция отработана, проверена и защищена практикой, значит, её можно делать частью своего жизненного опыта.

      Глупую традицию способен разрушить только человек с хорошо проявленной нетрадиционностью.

      Молодая девушка научилась у своей матери готовить суп из кости.  Каждый раз, чтобы приготовить суп, она пилила кость пополам и, т.к. она была ещё очень молодой и хрупкой, давалось ей это тяжело – она сильно уставала.  Однажды, девушка всё-таки решила спросить у своей матери: – Зачем же пилить кость? Мать не могла дать точный ответ: – Ну, так вкуснее, наверное, суп наваристее… И вообще все женщины в нашей семье, когда варят этот суп – пилят кость пополам. Так принято. Но на самом деле мать не знала зачем пилить кость. Её тоже так научила мать – бабушка девушки.

     Тогда женщины решили навестить бабушку и спросить у неё – зачем же нужно пилить кость? Бабушка встретила их вопрос с улыбкой: – Доченьки мои, – добродушно сказала она, – кастрюлька у меня маленькая – вся кость-то и не помещается, вот я её и пилю пополам.

     Жирный плюс смело можно поставить нетрадиционности за то, что она не боится неизбежных перемен. Традиционисты бросаются защищать отжившие ценности и, если они у власти, не гнушаются сводить счёты с защитниками ростков нового. Словом, традиционность зачастую выступает деспотом среди людей. А.С. Пушкин писал:

Быть можно дельным человеком
И думать о красе ногтей:
К чему бесплодно спорить с веком?
Обычай деспот меж людей.

      Нетрадициоонность становится положительным качеством личности, если она не дозволяет человеку следовать отжившим предписаниям общества. Иначе Он предаёт себя.

      Вот пример, когда традиция становится злом. В детективе Чарльза Перси Сноу «Смерть под парусом» приведен такой диалог: «— А почему бы нам не выключить приемник? — жалобно, ни к кому не обращаясь, спросил Филипп. — Он орет во всю мощь, а мы каждое утро собираемся здесь и мучаемся от этого рева. — Традиция, мой мальчик, — встрепенулся Уильям. — Равно как член Совета графства и закрытые школы. Сделали раз, сделали два… так и осталось на веки вечные».

   Однажды мудрец гулял по птичьему парку. В одной из клеток он увидел большую стаю больных птиц. Они были вялыми, облезлыми и дурно пахли. Перед клеткой стояла большая бочка, наполненная гнилым зерном. Висевшая на клетке табличка оповещала, что посетители парка могут покормить птиц этим зерном. Каждый посетитель с готовностью опускал руку в бочку и, зачерпнув горсть серого месива, бросал в клетку. Птицы апатично передвигались по земле, даже не пытаясь летать, и, нахохлившись, следили за людьми. Мудрец с жалостью посмотрел на птах и, вынув бутерброд, приготовленный для перекуса, бросил птицам кусок хлеба. Те, учуяв свежую еду, набросились на ломоть, отбирая друг у друга, подбирая с земли самые малые крохи. На поднявшийся шум прибежал смотритель. Увидев, что птицы клюют хлеб, он стал ругать мудреца, грозиться, что больше никогда не пустит его в парк. На что мудрец ответил: — В своей жизни мне приходилось немало наблюдать, как устоявшиеся правила приводили к печальному итогу многих живых существ. И я лучше действительно никогда больше не приду сюда, чем буду, как все, кормить несчастных древним гнильём!


Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru